Главная >  Публикации 

 

Ж. А. Зайончковская зачем и как прогнозировать миграцию



Расчеты показали, что при аналогичных допущениях, т. е. для браков мужчин, женившихся в 24 года на женщинах 22 лет при сохранении на протяжении всей их жизни возрастных уровней смертности, существовавших во время вступления в брак, ожидаемая при венчании продолжительность брака в 1896—1897 гг. была 28,6 года.

В наши дни ожидаемая продолжительность брака при отсутствии разводов составила бы 40,2 года. Следовательно, по сравнению с дореволюционной Россией ожидаемый стаж брака увеличился на 3,7 года. При этом снижение смертности в возрастах старше 24 лет (а для женщин — старше 22 лет) увеличило его на 11,6 года, зато разводы сократили в среднем примерно

4 Мордвинов В. Н. Сборник законов, распоряжений и разъяснений о браке и разводе. СПб., 1896, с. 83.

на 8,7 года. Точного баланса не получается из-за того, что часть супругов не доживает до развода, а некоторые браки оканчиваются разводом прежде, чем умирает один из супругов.

Если принять во внимание, что в конце XIX в. в России женщины вступали в брак раньше в среднем примерно на два года (когда смертность ниже) и что снижение возраста вступления в брак дает «прибавку» к ожидаемой продолжительности брака также около одного года, то окажется, что ожидаемая продолжительность брака была бы для России больше примерно на два года, т. е. около 31 года. Иными словами, предположение о сравнительной стабильности ожидаемой длительности брака, которое делали некоторые исследователи, в общем подтверждается. За три четверти века ожидаемая продолжительность брака практически не изменилась: «выигрыш» из-за снижения частоты смертей почти уравновешен «проигрышем» из-за увеличения частоты разводов.

Ожидаемая продолжительность брака значительно различается в зависимости от того, чем завершается супружеская жизнь. Бракам, в которых умирает муж, предстоит длиться в среднем 38,5 года; бракам, в которых умирает жена, — в среднем 42,8 года. Бракам же, в которых супруги разводятся, предстоит существовать при данной частоте разводов всего 8,7 года.

Вернемся к началу нашего разговора. Какова же судьба браков, и сколько их распадается из-за развода? Теперь на этот вопрос можно ответить более четко и определенно.

Распадаются в конечном счете все браки, только одни раньше, другие позже. Примерно в четвертой части случаев причина тому — развод, в остальных случаях— смерть одного из супругов. Однако прежде чем прекратиться, каждый брак продолжается определенное и, к счастью, довольно длительное время. За это время супруги успевают обзавестись детьми, дать жизнь новым поколениям, новым семьям. Тем самым сохраняется преемственность поколений и обеспечивается рост населения.

Но вместе с тем при наших допущениях все же четвертая часть браков расторгается еще при жизни супругов, причем расторгается относительно быстро: не в том же году, но в среднем всего через 9 лет после свадьбы. Если допустить, что «естественный» конец супружеской жизни наступает, когда один из супругов умирает, а до этого семейная жизнь течет счастливо, то разводы отнимают сейчас более 30 лет потенциально счастливой супружеской жизни. И не просто отнимают, ведь разведенным женщинам, особенно с детьми, трудно вступить в новый брак, развод тяжело сказывается на судьбе детей. Значит, прекращение брака делает жизнь каждого из членов бывшей семьи гораздо более трудной. Конечно, не сам развод (и, как мы видели, не только развод) тому виной, а те обстоятельства, которые к нему приводят. Именно поэтому предотвращение неустойчивых браков, укрепление семьи представляют собой сейчас наряду с охраной здоровья людей одну из важнейших социальных задач.

Ж. А. Зайончковская зачем и как прогнозировать миграцию

Всегда считалось, что главным мотивом к перемене места жительства было стремление людей улучшить условия своей жизни. Однако новые явления, обнаруженные исследователями в 1970-х годах, показали, что результаты миграции по территории страны существенно зависят не только от уровня и условий жизни, но и от изменения числа рабочих мест, а оно в свою очередь зависит от естественного прироста населения.

Миграции — это переселения людей. Причин переселений множество — учеба, попеки подходящей работы, города или деревни, где было бы приятно жить, стремление повысить свое благосостояние, повидать мир, создание семьи и многое-многое другое. С этой точки зрения переселения — личное дело каждого, одна из естественных форм существования людей. Казалось бы, зачем же их прогнозировать? Но если мы задумаемся над тем, что ежегодно в нашей стране меняют место жительства миллионы человек, что с миграциями связаны освоение новых районов страны, рост городов, уменьшение сельского населения, обмен знаниями и опытом между жителями разных мест, межнациональное сближение, то станет понятным их огромное общественное значение.

Поскольку переселения приводят к изменению в размещении населения, прогноз миграций — необходимая составная часть прогнозов численности населения по регионам страны, городской и сельской местности.

Миграции оказывают большое влияние на структуру населения, так как разные его группы участвуют в них неодинаково. Исследователи миграции отмечают, что наиболее часто переселяются молодые люди в возрасте до 30 лет, одинокие или семейные, но без детей. Семьи с детьми и особенно пожилые люди переселяются реже.

Поэтому миграция деформирует возрастные структуры в местах притока и оттока населения в противоположных направлениях. В местах притока население «омолаживается», так как в нем увеличивается доля молодежи, в местах оттока, наоборот, молодежи становится меньше, а пожилых больше, население стареет. Ясно, что в «молодом» и «старом» населении будут сильно различаться уровни рождаемости, смертности и естественного прироста в расчете на 1000 жителей. Таким образом, прогноз миграций необходим и для большей точности прогнозов воспроизводства, и для определения общей численности населения.

Прогноз миграций исключительно важен для народного хозяйства. Экономическое значение миграций определяется главным образом тем, что с помощью миграций перераспределяются трудовые ресурсы между районами страны, между городом и селом. Благодаря миграциям различия в обеспечении хозяйства рабочей силой по разным территориям могут быть существенно сглажены. Это предопределяет более полное использование трудовых ресурсов, а также создает условия для более рационального размещения производства: при необходимости новые предприятия можно строить в малообжитых и даже не заселенных ранее местах.

Чем больше расхождение между наличными трудовыми ресурсами и потребностью в них по районам, тем важнее роль миграций в народном хозяйстве.

Как известно, в послевоенные годы в стране снизился уровень рождаемости и естественного прироста населения. Это снижение не было повсеместным, а там, где оно произошло, не было одинаковым. В результате различия в естественном приросте населения в разных районах страны увеличились.

В 1960 г. коэ4зфициент естественного прироста составлял от шести-семи человек на 1000 жителей в Латвии и Эстонии до 36 в Азербайджане и Туркмении, т. е. различался примерно в 6 раз. Если же исключить из сравнения Латвию и Эстонию, где прирост значительно снизился еще до Великой Отечественной войны, то различия между остальными республиками были двукратными и трехкратными.

В 1982 г. максимальный коэффициент естественного прироста (в Таджикистане — 30,5) был в 13 раз выше минимального (в Латвии — 2,4). При исключении Латвии и Эстонии различия между остальными республиками все же остаются девятикратными.

Средняя Азия, Казахстан и Закавказье, где в 1959 г. проживало 16% населения страны, обеспечили 41% его прироста за 1959—1982 гг. За это время население РСФСР и Украины выросло на 20%, Казахстана — на 70, Закавказья — на 60%, а Средней Азии — более чем в 2 раза.

Велики различия в миграционной подвижности между регионами. В большинстве случаев на территориях с низким естественным приростом отмечается высокая подвижность населения, а на территориях с высоким уровнем естественного прироста подвижность населения невысока. Эти различия затрудняют обеспечение хозяйства отдельных районов трудовыми ресурсами. Наиболее мобильно сельское население в РСФСР, Белоруссии, наименее мобильно — в Средней Азии. Сельские жители РСФСР охотно переезжают в города любых районов страны, а в Средней Азии они предпочитают жить на селе и даже в города своей республики переезжают неохотно. В то время как население, а следовательно, и трудовые ресурсы «смещаются» в южные республики, рабочие места по-прежнему сосредоточиваются преимущественно в РСФСР и на Украине. В 1960—1970 гг. на РСФСР пришлось 53,0% прироста численности рабочих и служащих страны, на Украину — 20,0%; в 1970— 1982 гг. — соответственно 49,0 и 16,6. Сдвиги, как видим, небольшие.

В миграциях различают потоки (прибывших, выбывших) и их результат — миграционный прирост (или сальдо миграции), т. е. разницу между числом прибывших на данную территорию и числом выбывших. Потоки миграции и миграционный прирост формируются под воздействием разных причин, поэтому методы их прогнозирования тоже разные. Мы остановимся только на проблемах прогноза миграционного прироста, обусловленного межрайонной миграцией. По отношению к потокам миграционный прирост составляет обычно небольшую величину, но именно его величина и направленность— главный индикатор соответствия миграционных процессов требованиям народного хозяйства.

Как мы уже говорили, реалистичный прогноз миграций, основывающийся на знании закономерностей этого процесса, крайне важен как для того, чтобы успешно управлять миграциями, так и для оценки возможности увеличить численность трудовых ресурсов в районах с низким их приростом.

Было бы большой смелостью утверждать, что наука знает, как сделать такой прогноз. Однако поиск идет непрерывно, и многие принципиально важные положения уже выяснены. Преодолены и схематичные, оторванные от действительности взгляды на прогнозирование и управление миграциями.

В условиях высокой обеспеченности хозяйства трудовыми ресурсами прогноз миграций не имел принципиального значения для планирования. Поэтому он разрабатывался по принципу «будет так, как надо». В соответствии с этим главное внимание уделялось определению потребностей того или иного региона в трудовых ресурсах. По каждому региону составлялся баланс трудовых ресурсов, т. е. потребность в них сопоставлялась с наличием. Разница между необходимыми и наличными трудовыми ресурсами и представляла собой прогноз перераспределения населения. Предполагалось, что недостаток трудовых ресурсов в одном регионе будет легко восполнен за счет избытка их в другом. Приходилось следить только за тем, чтобы плюсы и минусы региональных балансов были уравновешены в масштабе страны. По существу этим утверждался принцип, что размещение производства не зависит от расселения и что миграции всецело определяются интересами производства.

Первые же работы по анализу современных миграционных процессов показали, что это не так1. Многочисленные исследования, проведенные затем по большинству республик и районов, а также перепись 1970 г. подтвердили этот вывод. В 60-х годах люди переселялись в южные и западные районы страны, обеспеченные в то время трудовыми ресурсами, — на Северный Кавказ, в центральные районы России, на Украину, в Среднюю Азию2.

Такое несоответствие направлений миграции народнохозяйственным целям пробудило большой интерес к исследованию ее причин и механизма. Эта проблема привлекла внимание ученых разного профиля — социологов, демографов, экономистов, географов, этнографов. Были проведены обстоятельные исследования миграционного поведения сельского населения — уровня, моти-

1 См.: Переведенцев В. И. Миграция населения и трудовые проблемы Сибири. Новосибирск, 1966.

2 См.: Проблемы теории и практики размещения производительных сил СССР. М., 1976, с. 154—164.

BOB и факторов мобильности, достижения людьми поставленных при переселении целей в зависимости от уровня образования, квалификации, социальной принадлежности и материальной обеспеченности 3. Было также изучено, как связаны направления перераспределения населения с территориальными различиями в уровне жизни и с размещением рабочих мест.

В результате исследователи пришли к выводу, что перераспределение населения по территории в решающей степени определяется региональными различиями условий жизни и мало зависит от трудообеспеченно-сти хозяйства регионов. Многочисленные корреляционные модели миграции, построенные применительно к этому времени, показали, что теснее всего ее результаты связаны с различными элементами условий жизни.

В значительной мере благодаря этим исследованиям были приняты важные хозяйственные решения по выравниванию уровня жизни в разных районах страны, в частности введены районные коэффициенты к заработной плате, а также повышена оплата труда в восточных районах, северных и пустынных местностях.

Казалось бы, путь к управлению и прогнозированию миграций был открыт, оставалось только найти методы реальной оценки возможностей общества по выравниванию условий жизни.

Однако картина миграций за 1970 г. выявила ограниченность и неполноту такой схемы. В этот период перераспределение населения по территории обнаружило тесную связь с размещением производства.

В межрайонном перераспределении населения страны произошли разительные изменения. Направления его поменялись почти на противоположные: переместились полюса притяжения и оттока мигрантов, изменились значения миграционного прироста, изменилась и роль отдельных экономических районов в общем балансе миграций. Это хорошо представлено данными табл. 1, в которой показан удельный вес различных экономико-географических зон среди всех регионов с притоком и соответственно с оттоком населения.

Основные из этих работ: Миграция сельского населения /Под ред. Т. И. Заславской. М., 1970; Аруттнян Ю. В. Социальная структура сельского населения СССР. М., 1971.

таблица (находится в разделе приложений) 1. Главные изменения в межрайонном перераспределении населения СССР за 1961 —1979 гг.

Зоны *

Удельный вес зон в общей величине миграционного прироста, %

1961— 1965гг.

1966—1970 гг.

1971 — 1975 гг.

197G 1979 гг.

Восток

+ 12,2

Казахстан

+ 22,0

* Зоны выделены с точки зрения миграций. Юг включает Украину; Молдавию, Северный Кавказ, Закавказье, Среднюю Азию; Восток — Сибирь и Дальний Восток; Центр — Северо-Западный, Центральный, Волго-Вятский и Центральночерноземный районы. Казахстан выделен особо, так как по объему переселений он играет очень важную роль (см.: Проблемы повышения эффективности использования рабочей силы в СССР. М., 1983, с. 211).

Из данных таблицы следует, что роль восточных районов как «поставщика» мигрантов, а южных как их «получателя» была наиболее значительна в 1966— 1970 гг.

В начале 70-х годов произошел качественный перелом в направлениях межрайонного перераспределения: стал уменьшаться приток населения на Юг и увеличиваться поток мигрантов на Восток и в Центр.

В 60-х годах почти половина перераспределяемого миграциями населения оседала на Юге. В 1971 —1975 гг. поток на Юг уменьшился почти вдвое, а в дальнейшем все южные районы, за исключением Северного Кавказа, стали активно отдавать население. Но и приток мигрантов на Северный Кавказ резко сократился. Главное изменение в миграционном обмене южной зоны — прекращение притока населения в Среднюю Азию — район, наиболее обеспеченный трудовыми ресурсами, и начавшийся в последнее время устойчивый отток населения из этого района. Не менее сильно, чем это наблюдалось в отношении южной зоны, изменилась роль в миграциях и других зон.

Важный вывод, который можно извлечь из анализа итогов миграции за 20 лет с точки зрения нашей темы, состоит в том, что эти итоги отрицают возможность прогнозировать миграционный прирост путем его экстраполяции, т. е. продолжения на будущее наблюдающихся изменений. Миграционный прирост, как оказывается, подвержен очень большим колебаниям в течение короткого времени и не обнаруживает устойчивой тенденции. Стало быть, нельзя предполагать, что в дальнейшем он останется прежним.

Но почему же за сравнительно короткое время картина перераспределения населения вследствие миграций так резко изменилась? И являются ли сдвиги в перераспределении результатом целенаправленного его регулирования или следствием каких-то других причин?

Иногда высказывается мнение, что это результат мероприятий по регулированию условий жизни. Мы уже упоминали о той большой работе, которая проведена. Ее положительное влияние на миграции несомненно. Но вместе с тем различия в условиях жизни населения по районам сохраняются, а миграционный баланс их сильно изменился, особенно если сравнить, например, Центр и Северо-Запад, с одной стороны, Украину и Северный Кавказ — с другой. Таким образом, с помощью концепции условий жизни невозможно объяснить тенденции перераспределения населения в 70-х годах.

Резкая смена результатов миграции за короткое время, большая их зависимость то от дифференциации условий жизни, то от размещения хозяйства говорят о том, что на перераспределение населения воздействуют оба этих фактора одновременно, но соотношение сил их воздействия в разные периоды меняется. Но если соотношение сил меняется, значит, существует третий фактор, определяющий эти изменения. Исследование показало, что таким фактором является естественный прирост трудовых ресурсов как в целом по стране, так и по регионам.

Под естественным приростом трудовых ресурсов4 понимается их увеличение вследствие вхождения в трудоспособный возраст молодых поколений, выхода за его пределы пожилого населения и смертности трудоспособного населения. Размеры этого прироста сильно зависят от того, сколько людей рождалось и умирало в прошлом и дожило до 16 лет в каждом из предыдущих

4 Напомним, что в СССР в практике планирования и учета к трудовым ресурсам общества относят: людей в трудоспособном возрасте (мужчин 16—59 лет, женщин 16—54 лет), за исключением неработающих инвалидов и лиц, получающих пенсию на льготных условиях, пенсионеров и подростков до 16 лет, работающих в государственном секторе хозяйства и в общественном производстве колхозов.

поколений, и от уровня смертности в пределах трудоспособного возраста.

Прирост трудовых ресурсов сильно колеблется по отдельным периодам. Например, прирост трудовых ресурсов страны в 60-х годах был в 2 раза меньше, чем в 50-х, в 70-х годах он снова удвоился. Эти колебания в трудовых ресурсах несомненно отражаются в хозяйственной деятельности и создают разную конъюнктуру с трудоустройством в разные периоды.

При прочих равных условиях, чем меньше прирост трудовых ресурсов и чем, следовательно, шире и разнообразнее возможности выбора работы, тем больше воздействуют на миграции различия в условиях жизни населения. Наоборот, в периоды, когда прирост трудовых ресурсов увеличивается, а выбор мест работы сокращается, рабочие места приобретают более высокую ценность среди занятого населения. Миграции при этом обнаруживают тесную связь с размещением производства, а воздействие условий жизни как бы отходит на второй план. Этот вывод хорошо подтверждается фактами и объясняет в основном сдвиги в миграциях за последние 20 лет.

Следовательно, при одинаковых соотношениях в условиях жизни и при одинаковых масштабах развития производства один и тот же механизм миграции может приводить к разным результатам в зависимости от прироста трудовых ресурсов. Именно в зависимости от прироста трудовых ресурсов необходимые для хозяйства направления миграционного перераспределения населения могут в одних случаях достигаться как бы сами по себе без видимых усилий общества, в других — потребуют большой работы по управлению миграциями и регулированию условий жизни на территории.

Отсюда видно, как важно принимать в расчет прирост трудовых ресурсов при изучении межрайонного перераспределения населения и прогнозировании миграций

Далее:

 

Различия между даосизмом и тантрой.

Фазы.

3. Компенсация морального вреда.

Оптимизм - основа.

Как повысить иммунитет?.

Цветовые предпочтения или какого мы цвета.

Яшма «загадочная живопись природы».

 

Главная >  Публикации 


0.0014