Главная >  Публикации 

 

Падать раньше, чем ходить



Мы становились опытнее и, естественно, смелее. К трем месяцам сын мог настолько крепко держаться за папины пальцы, что тот его стал только так и вынимать из кроватки: протянет ему руку с растопыренными пальцами, малыш уцепится за указательный и мизинец и взлетит из кроватки прямо к отцу на руки. Обоим этот «цирковой номер» доставлял огромное удовольствие и повторялся много раз за день.

В первые недели жизни дочки мы сделали еще одно открытие: как-то мама после кормления прислонила ее вертикально к груди и машинально поставила свою руку ей под пяточки. Девочка вдруг уперлась ножками, напружинилась всем тельцем и... встала, свободно выдерживая свой вес. Мы, не зная, что и это врожденный опорный рефлекс, который есть у всех новорожденных, обрадовались: «Вот какая она у нас крепкая!»— и давали ей возможность постоять «палочкой» каждый раз, когда брали ее на руки. Так было и с остальными детьми, которым «палочка» очень понравилась. Зато бабушки пугались: «Нельзя младенца ставить на ножки. У него ведь не косточки, а хрящики! Кривые ножки будут», «Нельзя в три месяца сажать — позвоночник у него согнется, сутулым будет». И тут же приводили разные пугающие примеры. Между тем дети росли, и бабушки воочию убеждались в своей неправоте: ребята становились стройными, сильными; никаких отклонений в развитии ске-летно-мышечной системы у наших детей не было обнаружено и позднейшими медицинскими обследованиями.

Оказалось, что если дать этим «слабеньким хрящикам» оптимальную нагрузку, которая определяется их врожденной способностью выдерживать вес собственного тела, то они из слабеньких делаются сильными и развиваются нормально. Именно нагрузка, движение выпрямляют и укрепляют кости, а бездействие грозит слабостью и разного рода искривлениями и отклонениями от нормы.

Мы заметили также, что мышцы младенца напрягаются и тогда, когда берешь его прохладными руками или умываешь холодной водой. Тот же эффект получается, если обращаться с ребенком (брать на руки, переворачивать, пеленать) энергичнее, веселее, смелее (но не грубее!),— малыш в ответ напружинивается, как бы желая помочь и проявляя собственную мышечную активность. И все это с первых дней жизни.

Вот уже второе десятилетие в печати можно встретить лозунг, впервые провозглашенный журналом «Физкультура и спорт»: «Плавать раньше, чем ходить!» И увлечение это не проходит, как мода, а непрерывно растет. При детских поликлиниках строятся бассейны для самых маленьких, а обычные ванны в городских квартирах становятся водной средой обитания для грудных младенцев: дети плавают, ныряют за игрушками и за день проводят в воде не минуты, а часы — и чувствуют себя великолепно. Они намного закаленнее и физически крепче своих «сухопутных» и лежачих сверстников, у которых плавательный рефлекс так и остается неиспользованным.

Значит, врожденные рефлексы вовсе не лишние, не атавистичные, они очень рано предоставляют огромные возможности для движения, напряжения — развития. Развития мышц? Не только мышц! Вслед за ними крепнут и развиваются все внутренние органы человека. Профессор И. А. Аршавский дал краткую формулу этого важнейшего закона развития: ведущей системой в организме ребенка является скелетно-мышечная, а все остальные развиваются коррелятивно, то есть в прямой зависимости от нее.

Нагружая скелетно-мышечную систему, мы не только делаем ребенка сильным и ловким, но тем самым развиваем и укрепляем его сердце, легкие, все внутренние органы. Бег, например, сразу заставляет быстрее биться сердце. Пульс у стайера может участиться к финишу до 200—220 ударов в минуту, а объем крови, перекачиваемой сердцем в минуту, может увеличиваться в 15—20 раз. Естественно, с гораздо большим напряжением в это время работают легкие.

Даже пищеварительная система при регулярной и оптимальной двигательной нагрузке работает, если можно так выразиться, с лучшим КПД: пища усваивается гораздо рациональнее и полнее, поэтому большое ее количество становится просто излишним. Таким образом, предупреждается и такое грозное и распространенное теперь заболевание, как ожирение.

Итак, включение в напряженную работу скелет-но-мышечной системы ведет к совершенствованию всех органов и систем — к созданию тех резервов мощности и прочности организма, которые и определяют меру крепости здоровья. Вот почему природа позаботилась о движении плода уже с одиннадца-ти-двенадцатинедельного возраста, а новорожденному дала столько возможностей двигаться со значительным напряжением сил.

Но эти возможности чаще всего остаются неиспользованными. Считая новорожденного слабым и несовершенным, его после рождения туго пеленают, кутают в пять-шесть одежек и не дают ему пошевелиться месяц, два, а то и три —«пока он не окрепнет». Только с полутора-двухмесячного возраста врачи рекомендуют делать ребенку массаж и «гимнастику»: взрослые, а не сам ребенок двигают его руками и ногами, да и доза движений ничтожно мала. Она способствует не развитию движений, а, скорее, отучению от них. И вот когда все становится основательно утраченным («атавистические» рефлексы наконец исчезли), тогда вновь с трудом начинают обучать ребенка тому, что он уже умел при рождении. А главное, при этом он недобирает в крепости здоровья, и наверстывать упущенное нелегко. Но — можно! И чем раньше спохватишься, тем успешнее идет дело.

Хорошо известно, что младенец еще в утробе матери должен много двигаться, чтобы стать физиологически зрелым к моменту рождения. Нас часто спрашивают: «Ну, а если он родится с признаками физиологической незрелости, он, что же, обречен на слабость и болезненность?»

И мы отвечаем: «Да — если усугублять его состояние сверхщадящим режимом, термостатом, обездвиженностью. Нет — если стимулировать его двигательную активность и расширять диапазон условий, в которых он находится. И здесь выручают прежде всего движение и прохлада».

Когда-то многие говорили об образе жизни наших детей приблизительно так: «Это для сверхздоровых. А мой и родился слабеньким, и сейчас все время болеет. Это все не для него». Трудно было возразить. Нам и самим казалось, что ослабленным эти условия жизни противопоказаны. И вдруг мы сначала услышали от И. А. Аршавского, а потом прочитали в его послесловии к нашей КНИГР: «Система

Никитиных имеет особое значение именно для ослабленных детей. В детстве можно в значительной степени компенсировать то, что упущено в материнском организме. Но важно вовремя начать действовать, иначе может быть поздно. Основная заслуга Никитиных в том, что они нашли приемы, которые можно использовать с самого рождения».

С пяти месяцев наши ребятишки уже начинали шустро ползать, и не только в кроватке, не только по дивану и на расстеленном на полу теплом коврике или одеяле, а по всему дому. Причем только первый ползал на коленках и руках, а уже второй сынишка ставил на пол одно колено, а младшие просто ходили на четвереньках, не касаясь пола коленями,— настолько крепким, сильным и ловким было у них все тельце.

И уже восьмимесячному ребенку папа сделал турник и подвесил гимнастические кольца на высоте 80 сантиметров от пола. Поднимаясь с четверенек и еще нетвердо держась на ногах, малыш хватался за них и радостно улыбался — он уже не мог упасть. Затем появилась легкая лесенка, которая могла стоять у стены и вертикально, и наклонно, и просто свисать с потолка. За нею — шест до потолка, канат с узелками через 20 сантиметров, резиновые эспандеры, и дети наши вышли из плоскости в третье измерение. В их распоряжении уже был не только пол, а все пространство комнаты, весь ее объем. Насколько же сильнее и сообразительнее должен быть ребенок, чтобы жить в такой, как говорили врачи, «явно травмоопасной обстановке».

Теперь остановимся немного на результатах наших усилий, причем для сравнения приведем нормативные требования для ровесников наших ребят по программе детского сада. Напомним, что наши дети вовсе не были здоровяками от рождения: из-за диатеза почти всем им грозило множество болезней, а поэтому и физическая хилость.

Читаем в педагогической брошюре: «Не рекомендуется... малышам виснуть на руках, прыгать с большой высоты, поднимать значительные тяжести». А у нас малыши висели с недельного возраста. Крепко держась за кольца, раскачивались на них с 1—1,5 года, а с 2—3 лет подтягивались на перекладине до подбородка. Все очень любили спрыгивать со стола на пол (высота 70—80 сантиметров) с 2—3 лет, поднимали тяжести (мешочки с песком) любого «понравившегося» веса — у нас был набор от 1 до 20 килограммов.

«Настоящее умение ходить складывается только к пяти-шести годам»,— читаем мы там же, а наши ребята в 2,5 года уже не только прекрасно ходили, но и хорошо бегали (60 метров за 30 секунд). Держась за палец взрослого, уже двухлетний ребенок у нас никогда не отставал, как бы быстро этот взрослый ни шел. Малыш мог так бежать рядом и километр, и два. Передышки для него нужны совсем короткие: посидит у папы на плечах полминуты — мину ту и снова бежит как ни в чем не бывало. Встречные прохожие, особенно старушки, удивлялись и не могли удержаться от замечаний: «Разве можно так быстро идти? Ребенок-то не поспевает — бежит, бедный!» А нам казалось: наоборот, надо бы пожалеть гех, кто сидит в колясках, кто сейчас бежать не может, а потом уже и не хочет! Уже с 1,5—2 лет малыш свободно может поспевать за взрослым, а его возят и в 3, и в 4 года. Усадив двух-, трехлетнего малыша в коляску, не давая ему возможности бежать за взрослым, мы снимаем самую важную для развития сердца нагрузку — бег — и закладываем в организм с детства будущие сердечно-сосудистые заболевания. В этом смысле можно сказать, что коляска для малыша гораздо опаснее личного автомобиля для взрослого. Она уничтожает в ребенке даже желание двигаться. А ведь бег для нормальных детей — удовольствие, самый естественный и приятный способ передвижения. Мы в этом убеждались много раз. Однажды шестилетняя дочка пробежала по беговой дорожке, которую мы проложили вдоль забора у себя во дворе, 30 кругов (по 200 метров) просто так, ради удовольствия. А через год или полтора — 55 кругов, то есть 1 1 километров.

Нас снова и снова пугали:

— Перегрузки плохо скажутся на сердце.

— Спрыгивают с такой высоты, да еще босые — плоскостопие будет!

Но на протяжении двадцати с лишним лет ни один врач никому из наших детей не сделал какого-либо замечания по поводу сердечной деятельности. Напротив, часто говорят: «Наверное, спортом занимаешься — отличное сердце!»

Что касается плоскостопия, то и оно, несмотря на предсказания, так ни у кого из ребят и не появилось. То есть оно, конечно, было — как у всех детей — в младенчестве. Но потом, по мере приобщения малышей к ходьбе, бегу, прыжкам, стопе пришлось выполнять рессорную функцию, и она быстро и правильно сформировалась. Раннее функционирование стопы оказалось в этом отношении прекрасной профилактикой. Сейчас хождение босиком все больше «входит в моду», появляются статьи об этом в популярных журналах, но... на детей эта мода плохо распространяется: по-прежнему летом и зимой обуты детские ножки в несгибаемую обувь, в которой нельзя ни побегать, ни попрыгать, ни полазать. Как, например, в ботинках влезешь на шест?

Впрочем, лазанье по канату, по шесту для дошкольников вообще не рекомендуется. А у нас это упражнение дети начинали осваивать с 3—4 лет (босые ножки здесь были большим подспорьем), а к 6—7 годам уже взбирались на шест виртуозно. Девятилетний сын на трехметровый шест с помощью рук и ног взбирался за 3,1 секунды. Он мог влезть на него и на одних руках, и с помощью двух ног и одной руки, и даже пользуясь одной рукой и одной ногой. Двухлетний сын мог — опять-таки ради удовольствия — подпрыгнуть на полу «лягушкой»... 232 раза подряд, а пятилетний — сделать 500 приседаний и не свалиться от изнеможения, а сказать с досадой: «Я больше хотел, а тут обедать позвали». Для нас же все это было в порядке вещей, самым обычным.

Как же все это сказалось на дальнейшей судьбе наших ребят? Выросли чемпионы? Нет, в большой спорт они не пошли, но в учебных коллективах, куда каждый из них попадал, были в числе лучших и по бегу, и по прыжкам, и в гимнастике, и в спортивных играх. Однажды сыну пришлось принять участие в первенстве МГУ по вольной борьбе. Выступал он почти без подготовки (специально борьбой никогда не занимался), однако вошел в четверку сильнейших в своей весовой категории. Девочки в 11 и 13 лет, занимаясь всего год в секции, добились первого разряда по акробатике.

Очень характерно для наших детей и то, что каждый из них сравнительно легко и быстро овладевал новыми движениями, будь то езда на велосипеде, катание на коньках, лыжах, спортивные игры (волейбол, бадминтон, хоккей, футбол, баскетбол) или сложные трудовые навыки: от овладения слесарными и столярными инструментами до профессионального печатания на машинке. Везде их выручают ловкие, быстрые, сильные руки.

И вместе с тем любое медицинское обследование свидетельствует: здоровы, годны к любому виду учебы и труда.

Таких же, а чаще и лучших результатов добиваются все, кто подарил своим детям как можно раньше радость движения.

Новые веяния проникают и в детские сады, которые начинают все чаще приобщать детей к разным видам физической деятельности. Вот только один пример.

В подмосковном городе Зеленограде есть детский сад, где родители-энтузиасты во главе с заведующей Э. Ф. Алексеевой еще в 1979 году установили спортивный комплекс инженера В. С. Скрипалева. В то время спорткомплекс в детском саду был новинкой, воспитатели не представляли себе, как знакомить с ним детей, как организовать на нем занятия. Они просто приводили в зал группы поиграть на час-полтора. А дети с удовольствием осваивали лесенки, перекладины, качели, канаты, шесты, «лианы» и прочие снаряды, позволяющие по-настоящему напрягаться, показать свою силу и ловкость. А даже такая небольшая по времени, но существенная добавка движения в жизни ребятишек дала интереснейшие результаты.

Во-первых, через два-три месяца воспитатели с удивлением отметили, что дети стали заметно дружнее, лучше относиться друг к другу. Во-вторых, через год все обратили внимание на то, что дети стали меньше болеть, хотя никаких новых мероприятий по закаливанию в саду не проводили: просто дети стали сильнее, физически крепче и меньше поддавались болезням. В-третьих, вопреки опасениям, что спорткомплекс прибавит воспитателям хлопот, оказалось, что, наоборот, дети стали куда меньше требовать к себе внимания и контроля — научились быть более осторожными и самостоятельными. Если в группе заболеет няня, у воспитателя бывают трудные часы, когда надо перемыть много посуды, произвести уборку, и оказалось, что ребятишек можно отпустить на спорткомплекс, где они с удовольствием поиграют, а воспитательница за это время переделает всю работу в группе.

И самым интересным было сообщение учительницы первого класса, куда пошла учиться почти вся подготовительная группа детского сада № 1226. «Что вы делали со своими ребятишками?— спросила она.— Вчера тренер из школы олимпийского резерва был у нас на уроке и отобрал для своей школы только ваших».

Какого же результата можно ожидать, если в детских садах каждая группа будет иметь свой микростадион не только в помещениях, но и во дворе и малыши будут каждый день играть на нем столько, сколько захотят?

Конечно, надо позаботиться о том, чтобы и в школе двигательная активность не затормаживалась, а, наоборот, становилась еще насыщеннее и разнообразнее — только так можно противостоять все увеличивающимся умственным и психическим перегрузкам. Мы на собственном опыте убедились, что долгое сидение за школьной партой и на студенческой скамье не идет на пользу ребятам. Что ж, природа не прощает нарушения ее законов: гипокинезия, то есть нехватка движения и физических нагрузок, неизбежно приводит к ослаблению и утрате здоровья. Подвижное, деятельное детство — необходимая предпосылка, но еще не гарантия здоровой зрелости и бодрой старости.

Древние греки высекли когда-то на камне: «Хочешь быть здоровым — бегай. Хочешь быть красивым — бегай. Хочешь быть умным — бегай». Прочитав это впервые, мы снисходительно улыбнулись. Ну, красота еще понятно: давно известно, что чем раньше начинают дети заниматься ритмикой, танцами, гимнастикой, тем быстрее их тела делаются гибкими и стройными, походка — легкой и грациозной, жесты и мимика — изящными, выразительными, красивыми. И эти стать и изящество, усвоенные с детства, остаются надолго, часто украшая человека даже в глубокой старости.

Но интеллект? Если бы он зависел от бега, тогда марафонцы были бы, наверное, самыми мудрыми людьми на свете! Что-то тут не так. Но прозорливость и мудрость древних подтвердилась новейшими исследованиями и наблюдениями. Да! Оказалось, что движение — путь не только к здоровью и красоте, но и к развитию интеллекта.

Вернемся к тем самым врожденным рефлексам, с которых мы начали эту главу. Поразительный факт: в Мюнхене был проведен интересный эксперимент, в результате которого все 750 малышей, научившиеся плавать раньше, чем ходить, по уровню умственного развития оказались выше среднего. То же было отмечено и в развитии малышей, начавших ходить со дня рождения. Безусловно, и ранняя гимнастика наших ребят положительно повлияла на их умственное развитие. Мы-то думали вначале, что раннее овладение разными движениями, доведение их до автоматизма как бы освобождает голову от необходимости контролировать руки, ноги, положение тела и позволяет ей переключаться на более стоящие объекты. Оказалось, что это не так. Движения, особенно движения пальцев руки, сами по себе необыкновенно сильно стимулируют развитие мозга, разных его отделов, И чем раньше движения входят в жизнь ребенка, тем больших высот можно достигнуть.

Конечно, здесь много еще непонятного, неисследованного. Это дело будущего. Однако уже теперь ясно, что заповедь древних мудрецов заслуживает величайшего доверия и уважения. К ней надо не только прислушиваться, ее надо развивать и уточнять.

Нам хотелось бы дополнить ее так: конечно, под «бегом» надо подразумевать любую интенсивную двигательную деятельность, и чем она разнообразнее, тем лучше.

Итак, собираясь на прогулку с годовалым ребенком, а тем более с двухлетним, оставьте коляску, пусть даже красивую, современную, удобную, дома. Конечно, вам вначале будет труднее, ребенку тоже, но в выигрыше будете вы оба. Главное — сделать первый шаг...

Падать раньше, чем ходить

Жизнь — противоречива. С одной стороны, переселение в комфортабельные квартиры, освобождение от тяжелого физического труда, облегчение в быту, а с другой — появление новых опасностей: многоэтажные дома с балконами и большими окнами, которые страшно открыть, бетонные ступени, асфальтированные дороги и наполненные машинами улицы; в каждой квартире электричество, газ и множество сложных бытовых приборов и приспособлений. В этой опасной обстановке даже уменьшение числа детей в семье и организованная забота о них в яслях, детских садах и школах не спасают положения: детский травматизм непрерывно растет и выходит даже на первое место среди причин смертности.

Возможны два принципиально различных пути его предотвращения. Первый состоит в стремлении взрослых обезопасить жизнь, убрав от ребенка опасности или ребенка от них. Кто из нас не читал плакатов: «Прячьте спички от детей!», «Вы, родители, в ответе, если спички взяли дети», «Если увидите у детей такие опасные игрушки, как рогатки, острые палки, самодельные копья и стрелы, постарайтесь их отобрать», «По неосмотрительности взрослых в руки детей попадают ножницы, заточенные карандаши, вилки, гвозди и другие острые предметы».

А если вещи, таящие опасность, убрать нельзя, нам рекомендуют: «Не оставляйте детей без присмотра», «Не пускайте детей купаться в реке без вожатого или взрослого». Словом, «водите за ручку» ребенка как можно дольше и заботьтесь о нем, сняв тем самым с него самого заботу о собственной безопасности

Далее:

 

Обморок.

Хронические лейкозы.

2.4.3. Хронический трихомонадный простатит.

Хронический аппендицит.

Супружеская терапия (Р. Крейше).

Молекулярные механизмы секреции инсулина и его действия на клетки.

Другие способы древней уринотерапии.

 

Главная >  Публикации 


0.0007