Главная >  Публикации 

 

9.2. Методики психодиагностики самосознания



Все эти недостатки приводят к тому, что семантическая структура самоописания (и описания других) с помощью прилагательных оказывается неустойчивой при расщеплении выборки пополам и факторизации каждой половины данных отдельно (см., напр.: Шмелев А. Г., 1983).

Шкальная техника, примером которой является семантический дифференциал (Osgood С., Suci G., Tannenbaum P., 1957), также применяется при анализе «Я-концепции», и прежде всего самоотношения. Существует достаточно полная отечественная литература, посвященная теории и методу Ч. Осгуда (Петренко В. Ф., 1983). Разработан отечественный вариант семантического дифференциала применительно к задачам психодиагностики в психиатрической клинике (Бажин Е. Ф., Голынкина Е. А., Эткинд А. М., 1983).

Нестандартизованные самоотчеты. Поскольку «Я-концепция» так или иначе проявляется в любом развернутом самоописании (в дневниковых записях, в нестандартизованных ответах на вопросы анкеты или интервью, в письмах и т. д.), появляется возможность применить к некоторой совокупности текстов процедуру контент-анализа. На этом основана, в частности, приведенная ниже методика.

Тест двадцати утверждений на самоотношение (Twenty statements self attitude Test - Kuhn M, Mc Partland Т., 1966). Испытуемого просят в течение 12 минут дать 20 различных ответов на вопрос, обращенный к самому себе: «Кто я такой?». Испытуемого просят давать ответы в том порядке, в котором они спонтанно возникают, и не заботиться о последовательности, грамматике и логике. Анализ данных исследований позволил выделить ряд категорий, которые впоследствии использовались в контент-анализе: социальные группы (пол, возраст, национальность, религия, профессия), идеологические убеждения (философские, религиозные, политические и моральные высказывания), интересы и увлечения, стремления и цели, самооценки.

Общая тенденция состоит в том, что «присоединяющие» утверждения, в которых фиксируется принадлежность испытуемого к той или иной категории людей («студент», «сын», «мужчина»), выносятся раньше, чем «дифференцирующие» (указывающие специфический признак - «слишком толстый», «неудачливый человек»). Наиболее частые категории, обнаруженные на больших выборках в зарубежных исследованиях: профессиональная идентичность, семейная роль и статус, супружеская роль и статус, религиозная идентичность, пол и возраст. В ответах довольно отчетливо прослеживаются социологические закономерности; так, возраст чаще упоминают молодые и пожилые люди, женщины чаще упоминают свой семейный статус, мужчины - половую принадлежность. В то же время психологические закономерности, лежащие в основе ответов на вопрос теста, до сих пор недостаточно ясны. Обычно делается предположение, что порядок называния категорий соответствует выраженности и значимости соответствующих признаков, т. е. структуре самоидентичностей, однако этот тезис не является доказанным. Вполне возможны влияния со стороны стереотипов заполнения официальных анкет и учетных карточек или со стороны защитных стратегий, при которых наиболее значимое отодвигается «на потом».

Диагностическое использование приема 20 утверждений нуждается в выявлении социокультурных норм, специфицированных по возрасту и полу, в решении теоретических и методических проблем кодировки ответов. Уже показано, что ответы детей отличаются от ответов взрослых: первые чаще определяют себя через свои ситуативные и частные проявления. Ясно также, что в этнически однородном обществе ответы, касающиеся расы и национальности, будут встречаться реже, чем в этнически разнородном. Необходимо различать ответы, касающиеся самоидентичности в рамках индивидного уровня самосознания (т. е. отражающие принадлежность к таким группам, к которым невозможно не принадлежать, живя в обществе, -половую, возрастную, национальную, семейную) и ответы, касающиеся личностной самоидентичности. Последняя отражает принадлежность испытуемого к группам людей, членство в которых есть результат либо собственного выбора, самоопределения, либо специфических обстоятельств жизни, либо специфической самооценки (мыслитель, защитник окружающей среды, неудачник, фантазер и т. д.). Личностная самоидентичность, таким образом, смыкается с наиболее значимыми измерениями дифференцирующей составляющей «Я-образа». Без знания социокультурных и половозрастных норм информативными оказываются лишь крайние, наиболее нетипичные случаи, как, например, указание только своих недостатков или указание только своих индивидных идентичностей.

Оценивая стандартизованные самоотчеты с применением контент-анализа в целом, надо отметить, что основное их достоинство по сравнению со стандартизованными самоотчетами состоит в потенциальном богатстве оттенков самоописания и в возможности анализировать самоотношение, выраженное языком самого субъекта, а не навязанным ему языком исследования. Это, однако, является и одним из ограничений этого метода - субъект с низкими лингвистическими способностями и навыками самоописания оказывается в худшем положении по сравнению с человеком, обладающим богатой лексикой и навыками самоописания для передачи своих переживаний. Эти различия могут затушевывать различия в самоотношении и «Я-концепции» в целом. С другой стороны, всякий контент-анализ ограничивает возможность учета индивидуального своеобразия испытуемого путем наложения готовой системы категорий, тем самым приближая результаты, полученные этим методом, к тем, которые получаются с помощью стандартизованных самоотчетов. На нестандартизованные самоотчеты также влияет стратегия самопрезентации, которая должна учитываться при интерпретации результатов.

Идеографические методики, основанные на использовании психосемантических закономерностей, анализе индивидуальных матриц, при котором пространство самоописания и его содержательные оси не задаются априорно на основе усредненных данных, а выявляются у данного конкретного испытуемого, причем результаты интерпретируются не путем соотнесения с «нормой», а относительно других характеристик того же субъекта - также применяются в диагностике «Я-концепции».

Эти методы были изложены в 8 главе при описании диагностики индивидуального сознания; они полностью приложимы и к анализу самосознания, а именно к дифференцирующей образующей «Я-концепции». Отметим лишь, что основной трудностью в их применении является необходимость более дифференцированной системы диагностических заключений, основанной на изучении многообразных индивидуальных вариаций, выявляемых этими методами. Если такая исследовательская .работа не проделана, то диагностическое значение тех или иных вариантов структур сознания или самосознания выводится из здравого смысла, что, естественно, сводит на нет ценность самой идеографической процедуры.

Использование проективных техник в исследованиях самоотношения и «Я-концепции» в целом вызвано необходимостью редукции влияния стратегий самопрезентации и основано не на психоаналитическом толковании проекции, а скорее на представлениях о проявлении общего свойства нашего отражения действительности - его пристрастности (Леонтьев А. Н., 1975; Рубинштейн С. Л., 1959), которая и проявляется в том, что структура личности, в частности и представление о себе, и самоотношение, могут «проецироваться в недостаточно структурированной ситуации» (Соколова Е. Т., 1980). Как правило, проективные показатели используются для анализа трех различных аспектов самоотношения, в той или иной мере ускользающих при анализе прямого самоотчета (Wells L., Marwell G., 1976). Речь идет во-первых, о тех бессознательных компонентах самоотношения, которые предполагают внутриличностные защиты, не допускающие это самоотношение до сознания; во-вторых, о «незамеченном, непреднамеренном самоотношении», которое человек затрудняется адекватно вербализовать; в-третьих, о той «нежелательной» самооценке, которая противоречит социально-приемлемым образцам личности.

Наиболее часто для анализа самоотношения используется экспрессивная проективная методика рисования человека, разработанная К. Маховер (Machover К., 1949). Поскольку при интерпретации существует известная неопределенность: относить ли тот или иной аспект рисунка к «Я-концепции» и самоотношению или к изобразительной способности человека, - ряд авторов предположили модификацию методики, основанную на последующей оценке рисунка по тем или иным стандартным самооценочным шкалам (Perkins С., Shannon D., 1965). Были выделены графические особенности рисования, имеющие диагностическое значение, такие, как пол, форма частей, пропуск деталей, ориентация рисунка на листе, последовательность рисования; эти особенности, однако, часто не имеют достаточного теоретического и эмпирического обоснования (Хоментаускас Г. Т., 1985).

Тематический апперцептивный тест (Murray H., 1943) также принадлежит к проективным техникам, используемым для анализа «Я-концепции» и самоотношения в частности. Его использование основано на той идее, что «описание героя рассказа отражает представление рассказчика о себе» (Mussen P., Porter L., 1959).

Известны также попытки использования для анализа самоотношения теста чернильных пятен Роршаха (Spitzer S., 1969), теста незаконченных предложений (Rubin I.,1967).

Символические задания на выявление «социального Я» (The Self Social Symbols Tasks - одна из наиболее популярных проективных методик. Диагностический инструмент представляет собой серию оригинальных символических проективных проб, направленных на измерение самоотношения и самоидентичности.

Разработчики методики Б. Лонг, Р. Циллер и Р. Хендерсон исходили из предположения, что физическая дистанция на листе бумаги между кружками, символизирующими «Я» и значимых других, может быть интерпретирована как психологическая дистанция, позиция левее других - как переживаемая ценность «Я», позиция выше - как переживаемая «сила» «Я», внутри фигуры, составленной из кружков других, -как включенность и зависимость, вне - как независимость «Я». Предполагалось также, что невербальные ответы испытуемых менее подвержены влиянию факторов, иррелевантных измерению «Я-концепции».

Символические задания соответствуют различным аспектам (измерениям) «Я-концепции».

Самооценка определяется как восприятие субъектом своей ценности, значимости в сравнении с другими. Испытуемому на листе бумаги предъявляется строка, состоящая из восьми кружков, и предлагается выбрать кружок для себя и для других людей из своего окружения. Чем левее расположен кружок, означающий себя, тем выше самооценка испытуемого.

Сипа определяется как превосходство, равенство или подчиненность по отношению к определенным авторитетным фигурам. Мерой силы является более высокое положение кружка, обозначающего «Я», в сравнении с кружками, обозначающими других. Испытуемому предъявляется кружок, означающий «Я», в окружении полукольца, состоящего из других кружков. Испытуемый должен выбрать из этих кружков тот, который означает другого человека (отца, учителя, начальника).

Индивидуация - переживаемое, мыслимое сходство или отличие от других людей. Испытуемому предъявляется лист бумаги с размещенными на нем в случайном порядке кружками, означающими других людей; внизу размещаются два кружка: штриховка одного из них совпадает, а другого не совпадает со штриховкой прочих кружков. Испытуемому предлагается определить, какой из двух лишних кружков означает его «Я».

Социальная заинтересованность - восприятие себя частью группы или отделенным от других. Испытуемому предъявляется лист бумаги с изображенным на нем треугольником, на вершинах которого находятся кружки, обозначающие других людей (например, родителей, учителей, друзей). Испытуемый должен разместить кружок, означающий «Я». Если кружок помещается внутрь треугольника, испытуемый воспринимает себя как часть целого, если вне - то он воспринимает себя отделенным от социального целого.

Идентификация - включение или не включение себя в «Мы», образованное с конкретным другим. Испытуемому предъявляются горизонтальные ряды кружков, левые крайние из которых обозначают конкретных людей (мать, отца, друга, учителя и т. д.). Испытуемый должен выбрать кружок в каждом ряду, обозначающий его. Чем больше кружков между «Я» и другим, тем слабее «Мы».

В другом задании испытуемому предлагается нарисовать в любом месте листа два кружка, обозначающих его самого и другого (друга, мать, отца и т. д.). Чем ближе кружки друг к другу, тем больше идентификация с другим человеком.

Эгоцентричность - восприятие себя «фигурой» либо «фоном». Испытуемый располагает кружок, означающий «Я», и кружок, означающий другого, внутри большого круга. Если свой кружок испытуемый располагает ближе к центру, чем кружок другого, это свидетельствует об эгоцентричности.

Сложность - степень дифференцированности «Я-концепции». Испытуемому предлагаются 10 горизонтальных рядов геометрических фигур различной степени сложности. Чем в более сложном ряду выбирает испытуемый фигуру для «Я», тем более сложной является его «Я-концепция».

Простота и оригинальность символических заданий, возможность их применения на различных контингентах обследуемых (начиная с трехлетних детей и кончая взрослыми) привлекли к этой методике большое внимание. В литературе представлены обширные данные, собранные как авторами методики, так и другими исследователями, свидетельствующие о надежности и валидности заданий, хотя и не в равной степени каждого из них (Wylie R., 1974; Bums R., 1979).

В целом пробы обладают удовлетворительной надежностью. Так, например, ретестовая надежность для подростков достигает по самооценке 0,80, идентификации -0,78, социальной заинтересованности -0,84, силе - 0,65, эгоцентричности - 0,58.

Подтверждается в целом конструктная валидность пробы на самооценку (расположение в горизонтальном ряду). Дети располагают «самых лучших» детей слева, а «плохих» - справа; мать и отца, как правило, также располагают слева, себя в ряду детей дети располагают левее, чем в ряду взрослых. Нейропсихологические пациенты и социальные изоляты располагают себя правее, чем соответственно здоровые дети и социометрические лидеры. Пациенты психиатрических клиник левее себя ставят психиатров, психологов, социальных работников, медсестер, нянечек и других больных.

Индексы самооценки и (или) силы оказались связанными с широким кругом переменных, включающих расовый статус, социоэкономический уровень, старшинство среди детей в семье, школьные успехи, потребность в достижении, популярность и т. д. (всего более двух десятков переменных - см. Wylie R., 1974). В то же время ряд связей оказался в противоречии с ожиданиями. Есть некоторые данные, подтверждающие валидность и других шкал. Близнецы выбирают значимо реже отличающиеся кружки в пробе на индивидуацию, чем неблизнецы; психиатрические пациенты и дети с эмоциональными нарушениями чаще ставят себя в центральную позицию в пробе на эгоцентричность и т. д.

Ряд индексов (идентификации, социальная заинтересованность) значимо коррелирует с индексом самооценки, что, по мнению Р. Уай-ли, свидетельствует об отсутствии доказательств дискриминативной валидности для шкал внутри теста. Этот факт, однако, может быть интерпретирован и иначе в рамках других представлений о строении «Я-концепции». Данные по конвергентной и дискриминативной валидности в отношении к вербальным методикам не вполне ясны: с рядом опросников по самоотношению получены незначимые корреляции, в то же время самооценка оказывается значимо ассоциированной с мерой, основанной на списке прилагательных, а сила - с показателями, основанными на семантическом дифференциале.

Авторы символических заданий привлекали для обоснования методики положения различных психологических теорий, что послужило основанием для обвинений в эклектизме и неразвернутости собственного теоретического фундамента. С нашей точки зрения, символические задания охватывают некоторые существенные аспекты строения «Я-концепции».

Так, самооценка и сила отражают, по-видимому, глобальное самоотношение в варианте его выраженности через сравнение с другими. (Обе шкалы коррелируют в пределах от 0,42 до 0,50.) При этом сила, по-видимому, отражает составляющую, которая выше была названа самоуважением (в отличие от аутосимпатий и самоинтереса). Об этом, в частности, свидетельствует корреляция этого измерения со шкалой «сила» семантического дифференциала.

Индексы «Индивидуация», «идентификация», «социальная заинтересованность» отражают, по-видимому, присоединяющую образующую «Я-концепции» и в зависимости от конкретной модификации различные самоидентичности: семейную, с коллективом сверстников, половую и т. д. В рамках такой интерпретации полученные на детях корреляции этих индексов с индексом «самооценка», отражающей глобальное самоотношение, вполне закономерны: принятие - отвержение родителями, а позднее сверстниками - важнейшие детерминанты детского самоотношения (см., напр.: Samuel S., 1977).

Индекс «сложность» отражает, по-видимому, параметр дифференцирующей образующей «Я-концепции» - интегральное переживание степени своей уникальности как личности.

Оригинальность и простота, доступность и сопоставимость символических заданий для разных возрастов, возможность межнациональных сравнений с их помощью делают их привлекательными как для исследовательского, так и для практического диагностического использования.

Однако исследование самоотношения с помощью проективных техник сталкивается с целым рядом методических и теоретических проблем.

Первая проблема связана с выбором таких эмпирических индикаторов категорий, которые обеспечивали бы достаточную однозначность и надежность при кодировании индивидуальных протоколов. Большое разнообразие лексического словаря испытуемых, специфика индивидуальной эмоциональной окраски тех или иных слов или выражений, подверженность формальных и содержательных характеристик проективной продукции влиянию экспериментальной ситуации делают процедуру интерпретации протоколов во многом зависящей от опыта и интуиции интерпретатора. Это обстоятельство, вполне допустимое в условиях клинической психодиагностики, оказывается помехой в исследовании. Так, например, С. Спитцер скоррелировал показатели самоотношения (в терминах позитивное -негативное), полученные на основе трех проективных методик: ТАТ, теста Роршаха, теста незаконченных предложений. Из 15 интеркорреляций ни одна не превысила значение 0,16, лишь одна имела уровень значимости свыше 99% и 9 имели уровень значимости ниже 95 % (Spitzer S., 1969). Как правило, требование однозначности и надежности приводит к тому, что в качестве параметра «.Я-концепции» выбирается глобальное положительное или отрицательное самоотношение; таким образом, содержательные нюансы самоотношения утрачиваются, а результаты оказываются в целом сопоставимыми с теми, которые получаются с помощью вербальных самоотчетов.

Вторая проблема использования проективных техник состоит в отсутствии простых и валидных критериев сопоставления проективных показателей самоотношения. Поскольку предполагается, что проективные техники направлены на выявление более глубинных аспектов самоотношения, то сопоставление их с вербальными методиками не должно давать высоких корреляций. Использованию поведенческих критериев для валидизации показателей часто мешает недостаточная изученность опосредованного характера связи между самоотношением и поведением.

Третья проблема использования проективной техники состоит в необходимости специального доказательства, что та или иная часть проективной продукции или ее аспект относятся именно к самоотношению, а не к другим психологическим характеристикам. Особенно остро эта проблема встает при анализе экспериментальной продукции типа рисунка человека или при анализе незаконченных предложений, сформулированных не от первого лица.

И наконец, использование проективных техник наталкивается на теоретическую проблему разработки обоснованной и непротиворечивой системы категорий, которая могла бы быть положена в основу процедуры кодирования проективного содержания

Далее:

 

Нарушения сердечного ритма при пролапсе митрального клапана.

3. Новые тенденции в изучении отрочества (л. С. Выготский, д. Б. Эльконин, л. И. Божович).

1.2.1.3 Вязкоупругие свойства миокарда.

Выбирайте сами (С. Шенкман).

2.8. Сальмонеллез.

Агранулоцитоз.

Желудок.

 

Главная >  Публикации 


0.0009