Главная >  Публикации 

 

Кризис и выбор жизненного пути



Одним словом, нарабатывался мой жизненный и творческий потенциал, ищущий направление, в которое должен был устремиться. Так продолжалось до 14 лет.

Путь Силы. В восьмом классе я подружился с одноклассником Павлом В. Он занимался гантелями и выглядел мускулистым пареньком. Это подействовало на меня особенным образом. Упражнения с гантелями, напряжение, какое-то преобразование в организме — создалось впечатление, что именно это мне необходимо, как воздух. Позже я заметил, что некоторые люди постепенно испытывают потребность в занятиях, в разрядке, в ожидании какого-то эффекта, действующего на тело и на психику. Без этого они просто не могут жить. Нечто такое случилось тогда и со мной. Я ощутил какой-то особый вкус к новому делу и занимался увлеченно, но беспорядочно.

Скорее всего в данном случае имеется следующая мотивация. Человек чувствует себя (хотя на самом деле этого нет) в чем-то несовершенным, зацикливается на этом, стесняется и ищет возможность компенсировать или устранить подобный недостаток. Это заставляет его фанатично браться за то или иное дело, заниматься спортом, например. Спортивные успехи как бы показывают, что он превосходит окружающих людей, и это делает его самоуверенным, независимым, избавляет от изъянов, которые он сам у себя нашел.

Нечто подобное произошло и со мной. За счет изменения фигуры, роста физической силы я подсознательно намеревался трансформировать себя в более открытую личность и преуспеть в жизни.

Когда мне исполнилось 14 лет, я пришел в тяжелоатлетическую секцию. Там познакомился со старшими по возрасту ребятами, с которыми впоследствии дружил долгие годы. Занимаясь в секции, я все время строил планы, графики роста результатов. Мысленно я уже был чемпионом, но на самом деле результаты росли гораздо медленнее, чем хотелось.

Пришел в секцию и мой школьный друг Павел. Благодаря особенностям организма, он быстро достиг неплохих результатов, обогнав меня. Ребята говорили о нем, как об очень перспективном спортсмене. Подобные разговоры бередили душу: почему он талант, а я нет. Это еще больше подхлестывало: я должен измениться, стать похожим на него.

И вот здесь проявились мои творческие качества. Я покупал книги, по которым изучал технику и методику тяжелоатлетической тренировки, узнал о том, как питание влияет на рост мышечной массы и силы, читал о выдающихся штангистах и т.п. Особенно меня поразил Пол Андерсон, который пил много молока, что помогло ему установить выдающиеся рекорды. Я стал усиленно питаться, пить молоко, дошел до того, что выпивал его по 10 литров в день. Кроме того, употреблял различные витамины, поливитамины и т.п., считая, что это идет мне на пользу. И действительно в 16 лет я уже выглядел совершенно по-другому, повысились и спортивные результаты. Из тяжелоатлетических упражнений мне особенно удавались рывок и подъем штанги на грудь. Я не боялся подлазить под нее в низком седе. Помню, как толкнул 110 кг и сказал присутствующим в спортзале, что на грудь возьму 130. Мне никто не поверил. Я установил вес, едва подтащил его, и, сделав подрыв и юркнув под штангу, встал. У всех это вызвало и недоумение, и удивление одновременно.

Окончив школу, я пошел учиться в ГПТУ на электрослесаря КИП и автоматики. Вообще, школу я окончил на тройки, а в ГПТУ учился лучше. Учеба здесь была мне нужна для того, чтобы продолжать занятия спортом.

Когда мне было около 17 лет, мой друг Леонид Г., служивший в ростовской спортроте, приехав на побывку, рассказал мне о том, что сейчас почти все более-менее выдающиеся штангисты принимают анаболики, от которых результаты растут словно на дрожжах. Я незамедлительно решил воспользоваться этим. Пошел в аптеку и купил венгерский неро-бол. Стал применять его по три таблетки. Сила и масса тела, действительно, стали расти необычайно. Буквально в течение месяца я резко изменился на глазах у окружающих и стал поднимать вес на уровне первого разряда.

В то время штанга была наиболее популярным видом спорта, регулярно проводились соревнования. Я стал выступать, сначала в местных, затем в областных. Меня заметили и, когда пришла пора призыва в армию, направили в ростовскую спортроту. Однако, прежде чем я туда попал, пришлось пройти карантин у себя в Каменске и месяц отслужить в дагестанском городе Буйнакске.

Вырванный из привычной среды, я за эти два месяца испытал сильный адаптационный стресс, неоднократно болел и потерял почти половину своей силы. Но даже лежа в госпитале с тяжелым отравлением, я собирал вырезки о спортсменах-штангистах и верил в то, что буду заниматься и совершенствоваться в этом виде спорта. Я постоянно стремился стать чемпионом и внутренне нацеливал себя на это.

Наконец пришел вызов, когда я слушал приказ о направлении в спортроту, на глаза невольно навернулись слезы.

Уходя в армию, я весил около 101 кг при росте под 190 см. Когда же приехал в Ростов, во мне было лишь 80 кг с небольшим. Один штангист спросил у моего тренера Семена Исаакиевича Розенфельда, кто это приехал. Он ответил: «Это наш новый тяж». По словам того любопытного штангиста, он думал, что к ним случайно заглянул баскетболист.

Обстановка в спортроте по сравнению с частью в городе Буйнакске была, как на курорте, и я решил: лучше помру на помосте, чем в часть. Однако, несмотря на усиленные тренировки, я едва приблизился к прежним своим результатам. Но вот наступили двухнедельные сборы, и я отпросился домой. Приехав в Каменск-Шахтинский, стал усиленно есть и принимать анаболики. Буквально за две недели я все восстановил и даже несколько улучшил. Вернулся в спортроту, меня не узнали, даже хотели повезти на соревнования, но вовремя одумались. Через неделю команда вернулась с соревнований, а из меня, как из надутого шара уходит воздух, ушли вес и сила. Сказалось несколько другое питание и обстановка.

И все же после поездки домой мне стало легче заниматься и результаты потихоньку стали расти. Конечно, всякое бывало. Вначале тебя, как наиболее слабого и малоперспективного, начальство использует на всяких подсобных работах. Так, первые полгода я постоянно трудился на военных складах, таскал разные грузы, мебель переезжающих военнослужащих. В те дни подумалось: когда же я внесу мебель в собственный дом? Это случилось лишь на 42-м году жизни, когда я построил на месте старенького дома новый трехэтажный.

Со временем я адаптировался к армейской жизни, в этом мне помог расположенный рядом молза-вод. Мы регулярно ходили туда пить молоко, есть сырки. Конечно, делали это тайком от своего и мол-заводского начальства. Адаптация произошла такая, что за раз я мог выпить до 2 литров ледяного молока и без всяких простудных болезней. Я вообще перестал чем-либо болеть.

В спорте постоянно прогрессировал, стал поднимать вес на уровне кандидата в мастера, даже выиграл юниорские соревнования. Меня стали считать перспективным и частенько отпускали домой. На втором году службы я уже подошел к выполнению норматива мастера спорта. Меня повезли на сборы в город Ейск. Подвела нас в Ейске питьевая вода, была она плохого качества, что подействовало на всех, а у меня возник приступ аппендицита и была срочно сделана операция.

В конце августа я вернулся домой на отдых после операции. Начал потихоньку заниматься для восстановления формы. Но разве быстро восстановишься? Видя мои низкие результаты, начальство посчитало меня бесперспективным и надумало отчислить в часть. Обычно с утреннего развода вся команда штангистов шла на тренировку, а меня направляли на различные работы. Отработав день, вечером я шел в спортзал и тренировался самостоятельно. Так прошли октябрь, ноябрь и почти весь декабрь. В самом конце декабря состоялись областные соревнования. Ко мне подошел тренер, который долгое время не

«замечал» меня, спрашивает: «Ты хоть на кандидата выполнишь?» Я чувствовал, что готов на большее.

Рывок начали с кандидатской нормы, я ее нормально взял. Следующий подход был сразу на мастерскую. Я и ее беру. От возбуждения меня буквально колотило, какие-то силы бурлили во мне. Я боялся вообще потерять контроль над собой. Скорее всего, это началась разрядка от долгого сжатия, упорства, воли, которые заставляли меня все эти три месяца держаться, несмотря на препятствия, и оттого, что на моей спортивной карьере собираются поставить крест. Я говорю тренеру, что меня трясет и я отказываюсь от третьего подхода. На что он мне заявляет: это самое подходящее настроение. Третьим подходом я беру вес на 5 кг больше норматива мастера спорта. Все произошло как будто в нереальном состоянии: я склонился над штангой, привычно ее взял, принял старт и почувствовал тяжесть лишь вначале. Дальше сложилось впечатление, что я делаю движение без всякого отягощения и сразу же встаю. Настолько точно все получилось. При вставании у меня невольно вырвался крик. Это был крик ликования и победы. Теперь, чтобы стать мастером спорта, мне необходимо было толкнуть вес на 2,5 кг меньше, ибо я перекрыл норматив в рывке. В первом подходе я толкаю необходимый вес и становлюсь мастером спорта. Это было сюрпризом для начальства. Моя жизнь вновь изменилась в лучшую сторону.

Подобная гонка не прошла бесследно для моего здоровья, у меня появился геморрой. Особо он меня не беспокоил, и я не обращал на него внимания, периодически вставляя свечи.

Это был хороший урок жизни, который показал, что только поставленный в жесткие условия человек может полностью реализовать свой потенциал. Благоприятная, комфортная обстановка расслабляет, лишает смысла создавать внутреннее напряжение.

Зачем напрягаться, когда все и так есть. Еще более трудно самому создать жесткие условия, загнать себя в угол, чтобы эффективно действовать. Это заставляет открывать необычные резервы внутри себя, мыслить по-новому, нестандартно и оригинально. Подобные качества особенно нужны для духовного и физического самосовершенствования и незаменимы при голодании.

Норматив мастера спорта и успешное выступление на первенстве Вооруженных Сил в Москве, где я еще увеличил свой результат, открыли мне дорогу к некоторым льготам. Срочная служба заканчивалась через четыре месяца, и я почти постоянно был дома. Меня зачислили сверхсрочником, помогли поступить в институт. Так я стал спортсменом-профессионалом.

Вернувшись из армии, я усиленно тренировался все лето и осень. Когда приехал в Ростов для показа спортивной формы, один из знатоков штанги сказал: «Да Малахов Гераклом становится». Действительно, я еще не успел набрать «гражданского» жира, а нарастил мышечную массу (естественно, с гормональными таблетками) до 110 кг и выглядел весьма внушительно. По силовым данным я готов был значительно увеличить свои результаты. Меня подстрекала идея чемпионства, если возьму двести килограммов на грудь, то смогу устанавливать мировые рекорды. Мне едва исполнилось 22 года, мой результат в толчке к тому времени был равен 180. На тренировке я легко поднимал 180 и сразу же шел на 200 кг. Первая попытка неудачна, я побоялся под такой вес подседать. Перед второй попыткой я обозвал себя трусом, настроился на подсед. Зря я сразу прибавил 20 кг, надо было идти через 190. Но амбиции — вещь трудноконтролируемая. Второй подход сделан нормально, хотя и несколько скованно. Я под-седаю, но штанга легла не совсем правильно на грудь, съезжает ниже, локти упираются в колени и мне выворачивает кисти. Я получаю довольно-таки сильное растяжение. А через некоторое время начинает болеть спина. В итоге первые мои соревнования на профессиональном поприще с треском проваливаются. Я вообще не могу принять стартового положения для поднятия штанги.

Жизненный путь запоминается переломными вехами. И одна из них — это увольнение со сверхсрочной службы. Я нужен был для принесения зачетных очков, а раз я этого делать не могу, то не нужен вообще. В 1976 году меня увольняют. В качестве мотивации указывается плохое поведение и нарушение дисциплины.

Надо было искать работу и начинать жить новой жизнью. Устроился завхозом при спортзале, в котором тренировался. Кроме этого, стройтрест, которому принадлежал спортзал, выделил гроши за мою тренерскую работу.

В 1976 году меня снова стала одолевать простуда, зимой вырезали гланды. Вообще, на мне сразу же сказываются любые потрясения. После этой операции я резко похудел и выглядел серовато. Однако у меня и в мыслях не было того, что это мой спортивный закат. Наоборот, появилась решимость восстановиться и доказать, что я не сломлен.

Тренировки начались с целенаправленной работы по залечиванию спины. Потихоньку началось восстановление и укрепление. В 1978 году я выступаю в весе до ста килограммов и четко использую все подходы, показывая результат на 2,5 кг ниже мастера спорта. Меня вновь приглашают, только теперь уже в общество «Спартак». Я опять становлюсь профессиональным спортсменом. Мой новый тренер сообщил, что для того, чтобы меня приняли, он соврал своему начальству, сказав, что я поднимаю намного больше и что этот результат я должен подтвердить на следующих соревнованиях.

Спина у меня уже не болела, в результате целенаправленных тренировок стала крепче. Зима 1978/79 годов проходит в постоянных тренировках с применением различных стимуляторов. Естественно, это дало свои плоды и на соревнованиях я показываю результат на 5 кг больше, чем говорил мой тренер. Это стало большой неожиданностью для всех, и даже прежнее армейское начальство предложило вернуться к ним, но я отказался. Потом были другие соревнования, которые я выигрывал либо был в призерах, и с результатом 160 кг в рывке и 197,5 кг в толчке (202,5 легко взял на грудь, но толкнул вперед) я закончил свою спортивную карьеру. А начиналось все с того, что толкал 40 кг и внешне не был приспособлен для этого вида спорта. Оказывается, многое зависит от упорства и целеустремленности, это помогает изменить себя, свое тело, свою силу, стать перспективным и признанным. Те ребята, что вначале подавали большие надежды и легко опережали меня, едва выполнили 1-й спортивный разряд, да и то не все.

Я вдруг осознал, что поднимать штангу дальше нет никакого смысла. Надо создавать семью, иметь прочный заработок. Тем более, что мои друзья давным-давно это сделали.

Кризис и выбор жизненного пути

В 1980 году я с отличием заканчиваю институт и думаю учиться дальше в медицинском. Но всевозможные препоны не дают осуществиться мечте. И тогда возникает мысль: зачем учиться в государственном заведении, ведь все, что надо, я могу изучить сам. Эту мысль подсказало мне то обстоятельство, что раньше я учился в институте заочно и успехи зависели только от меня самого. В то время, когда я тренировался, было предостаточно времени для совершенствования знаний, изучая литературу о человеке, его устройстве и работе организма.

Конечно, занятия спортом мне нравились. Но с возрастом пришло осознание, что это не совсем то, что я хотел. Возможно, я прошел тот путь, когда требовалось мускульное напряжение и оно должно было перейти в нечто другое. Тем более, что снова стали одолевать болезни. Именно поэтому я начал менять направление приложения усилий — со спорта на медицину.

Жизнь проходила, появилась новая цель, мне хотелось любить, опекать кого-то, быть нужным. К тому же материальное положение было далеко не лучшим, и здесь тоже было о чем задуматься. Это все простые житейские проблемы, присущие каждому человеку в его нормальной жизни.

По совету друзей устраиваюсь на винно-водочный завод, сначала грузчиком, потом проводником готовой продукции. Материальное положение стало намного лучше.

Там же, на заводе, нашел свою любовь — Нину Михайловну. Она на 6 лет младше меня, и ее пришлось ненавязчиво покорить. Началось с простых провожаний домой после работы, тем более, что нам было по пути. А дальше больше, пока она не поняла, что я лучший из всех других.

Насмотревшись на жизнь своих друзей, я первым делом приобрел небольшой домик на окраине города. Произвел в нем ремонт, и в августе 1981 года мы сыграли свадьбу. Конечно, в доме не было воды, ходили к колонке и колодцу, не было санузла, газ был баллонный. Вот и все удобства. В этом доме родились дети: сын Леонид и дочь Катя. Так мы прожили около 13 лет. Только в 1996 году переселились в новый дом со всеми удобствами.

Любая новизна создает какой-то интерес, который быстро проходит, когда узнаешь предмет полностью. Так произошло и с моей работой. Ездить проводником готовой продукции в грузовом вагоне и в зной, и в холод — дело весьма неприятное. Держат только деньги. Мне это стало надоедать.

И вот в июне 1982 года, после рождения сына, со мной произошла большущая неприятность. По моей вине был испорчен товар, грозила тюрьма. Я был поставлен в тупик и сильно переживал, как жить дальше. Начались проблемы со здоровьем. Я потерял обоняние, обострился геморрой, стали возникать мысли о самоубийстве. К счастью, суд вынес приговор с отбыванием на исправительно-трудовых работах по месту жительства и с взысканием части зарплаты в пользу государства. Меня перевели в грузчики, и я начал отрабатывать.

Что касается здоровья, то здесь были постоянные походы в больницы, врачи, лекарства, только толку не было. Официальная медицина не могла ничем помочь. И я решил помочь себе сам.

Тогда я еще не знал, что так наставляют на Путь Истины. Человек должен попасть в безысходное положение, отчаяться, переосмыслить свою жизнь и возродиться в новом качестве. Нечто такое произошло и со мной.

Когда я был на самом «дне» кризиса, в моей голове раздался голос: «Ну, хватит лежать. Давай действовать». У меня возник четкий план, что надо сделать, чтобы максимально смягчить удар, а в дальнейшем действовать в новом направлении.

Так я был направлен на своеобразный путь, на котором нахожусь по сей день.

Осмысление и практика оздоровления организма

Почему человек оздоравливается сам? Возможно, вы задавали себе вопрос, а зачем необходимо само оздоровление, неужели официальной медицины недостаточно? Если бы ее было достаточно, то не было бы никаких самооздоровлений. Когда человек, заболев пустяковой болезнью, обращается в лечебное заведение за помощью, с ним происходит следующее. В надежде, что ему помогут, он обращается к врачу. Врач выписывает рецепт, и человек, полный надежды на исцеление, мчится в аптеку, покупает лекарства, принимает их и ждет выздоровления. Оно действительно наступает, и человек радуется — все хорошо. Но проходит какое-то время и ушедшая было болячка появляется вновь. Человек думает, что не долечился, и быстренько мчится к тому же врачу, чтобы выписать и принимать те же лекарства. Начинает принимать — все вновь хорошо. Он успокаивается. Но через некоторое время все повторяется. В конце концов это надоедает и человек задумывается, а так ли его лечат?

Нечто подобное произошло со мной при лечении геморроя. Так, вначале мне помогали свечи, продаваемые в аптеке. Пока вставляешь, все нормально. Перестал — вновь начинаются неприятности. Возможно, не те свечи. Пошел к знакомому врачу-проктологу. Она выписала сложный рецепт, в аптеке по нему изготовили свечи, и я их успешно применил.

Все прошло, но через месяц после прекращения — то же самое. Пошел к этому же врачу, еще рецепт, вновь улучшение, а после прекращения — рецидив. Когда я в третий раз появился у врача, это ее озадачило. Она начала задавать различные вопросы, в том числе насчет того, не твердый ли у меня стул. «Нет, — говорю, — стул нормален, — и по своей неосведомленности добавляю: — А может, его вырезать?» Направляют к хирургу. Он осматривает и говорит: «Да с таким геморроем можно жить до ста лет». Это, конечно, радует, вселяет надежду. Но боли не прекращаются. И когда это продолжается с вами в течение шести и более лет, вы начинаете задумываться, а правильно ли все это вообще, может, в основе исцеления лежат какие-то другие факторы?

Представьте себе — это частенько бывает и на самом деле, — вам сделали операцию, удалили больной орган, который был «отдушиной». Вы считали, что причина вашей болезни кроется именно в этом органе и, потеряв его, вы даже имеете инвалидность. Но позже вы почувствуете, что болезнь нашла другую «отдушину» —другой орган и т.д. Так что же, отсекать «все лишнее»? Подобное лечение абсолютно неприемлемо и даже порочно.

Далее:

 

Каменная цветотерапия.

Мышцы ушной раковины.

285. Стальник пашенный.

Овощные блюда.

Быстрое семяизвержение.

Достаточно хорошая это достаточно хорошая.

Наш малыш в первый год.

 

Главная >  Публикации 


0.0032