Главная >  Публикации 

 

Глава 5. Мы так похожи, или другие – это...



Можно согласиться с мнением известного советского философа Э.В.Ильенкова, что личность - это явление довольно редкое. Но нельзя забывать, что в индивидуальных особенностях личности выражается в конечном счете конкретноисторический характер общественных отношений. Поэтому все абстрактные призывы к индивидуальному своеобразию как самоцели не только не имеют объективного основания, но и могут принести вред воспитанию детей. Они могут подтолкнуть ребенка и юношу к наиболее доступным и поверхностным формам самовыражения: в одежде, манерах поведения и так далее, за которыми нередко скрывается скудость интересов и отсутствие идеалов.

В действительности суть дела не в самой неповторимости, а в том, как она связана с проявлением творческих способностей индивида, реализацией его общественных ориентации.

Развитие способности взаимодействовать с другим отражает то реальное место в системе взаимоотношений людей, которое занимает каждый человек. В ней в снятом, свернутом и часто преображенном виде проявляются реальные отношения реальных людей друг к другу и к вещам - к миру общественных предметов. Качественные особенности, способности будут отражать и состояние потребности в другом. Например, способность «видеть» в другом только средство для достижения цели не может быть приравнена к способности понять своеобразие внутреннего мира человека; потребность в другом как носителе социальной роли не может быть приравнена к потребности в личном общении с другим.

«Дело в том, что в одних индивидуальных особенностях человека выражается, проявляется его личность, а в других выражает себя все что угодно - тончайшие особенности биохимии его организма, мода века, просто причуды вкуса, только не личность»'. Это слова Ильенкова.

По моему мнению, в способности взаимодействовать с другим как в индивидуальной особенности и будет проявляться личность, индивидуальность, неповторимость человека.

Эта способность предполагает не только пассивный учет точки зрения другого, но и отношение к действиям других людей.

Психологически эту способность можно конкретизировать через тип ориентировки поведения (как делать? почему делать так, а не иначе?), через способы установления отношений с другими людьми и миром общественных предметов, через анализ свойств взаимоотношения с другими.

Можно предполагать, что развитие этой способности с момента рождения человека определяет важнейшую функцию «внутренней модели» мира - функцию контроля за поведением. Подтверждение этой гипотезы можно найти при анализе фактов поведения совсем маленьких детей. Малыш смело тянется к щетке. Мать говорит: «Нельзя ее трогать, она колючая, у нее иголки». Своей речью она дает отношение ребенку к этому предмету и одновременно это отношение обобщается словами. Через несколько дней ребенок увидел другую щетку для мытья посуды. Его поведение уже иное - тянется к новому, незнакомому предмету, но движения руки уже пробующие, осторожные и вопросительный взгляд в сторону матери:

«Мол, можно, не колючая?» В этом и подобных фактах уже наблюдается основа для развития дальнейшего поведения, учитывающего не только непосредственные свойства ситуации, но и отношение к ним свое, реальное и возможное, отношение. Причем развитие этой стороны поведения тесно связано с появлением и совершенствованием символической формы мышления - возможности заменить одни свойства предмета другими. Например, реальные свойства предмета звуковым обозначением, словом.

Общение маленького ребенка со взрослым позволяет усвоить основные виды отношений между людьми и отношение людей к предметам. Условно такие виды отношений можно разделить на группы положительных и отрицательных отношений, или отношений возможного действия и отношений запрета, то есть неоднозначность цели действия, несводимость ее к свойствам, заданным ситуацией.

В предметно-манипулятивной деятельности, общаясь со взрослым по поводу действий с предметами, ребенок усваивает важнейшее свойство вещей - их неоднозначность: большая коробка становится маленькой рядом с большущей, палочкой можно есть как ложкой понарошку; линия на бумаге - дорога; мама превратилась в лису, а сам сын в зайчика и так далее.

Эта неоднозначность вещей проявляется при взаимодействии с ними в тех случаях, когда есть отношение к их отдельным свойствам или ко всей вещи в целом. По моему мнению, это следующий важный шаг в развитии способности взаимодействовать с другим человеком, так как знакомство с неоднозначностью свойств вещи наряду с общественно значимыми их свойствами открывает бесконечность свойств вещи, бесконечность отношений и взаимодействия с ними.

Такая способность малышей оценивать вещи через их свойства, заменять одни свойства другими широко используется в фольклоре - в песенках и потешках, где отношения вещей перевернуты: «Шумит, гремит на улице - Фома едет на курице», «Вдруг из-под собаки лают ворота» и тому подобное.

Индивидуальность человека проявляется тем ярче, чем больше у него развита способность взаимодействовать с другими, понимать неоднозначность действия, противостоять шаблону, стереотипу поведения. При этом важнейшей характеристикой индивидуальности будет действие в соответствии с нравственными принципами - действия по совести.

«Совесть, - по мнению О.Г.Дробницкого, - составляет самую высокоразвитую в рамках морали способность личности контролировать свое поведение, отражать в своем самосознании (самооценках и мотивах) те наиболее высокие общественные требования, какие могут быть предъявлены к человеку»'.

Итак, важнейшей характеристикой индивидуальности, личности является способность взаимодействовать с другими.

Эта способность проявляется во всех ситуациях действия человека, когда нужно поступать произвольно - ставить самому цели и находить способы ее достижения.

Содержание данной способности включает овладение ребенком системой общественно значимых средств и способов выражения человеческого отношения. К таким средствам могут быть отнесены все звуковые и языковые средства передачи отношения: мимика и пантомима, специальные действия человека, а также все средства искусства.

Люди, живущие в одно историческое время, должны усвоить определенные нормы и правила отношений. Эта необходимая причастность ко всеобщему - культурным условиям развития порождает типичность в проявлении индивидуальности. Принцип типичности позволяет рассматривать человека в единстве с условиями его жизни, определяющими отношения с другими людьми и миром общественных предметов.

Если говорить о развитии индивидуальности ребенка, то она будет определяться тем местом, которое ребенок занимает в системе отношений «общественный взрослый» - «общественный предмет». Это место существенно изменяется даже на протяжении дошкольного детства. Во взрослой жизни оно определяется степенью социальной активности самого человека.

Кроме того, индивидуальность, с точки зрения интересующей нас способности, проявляется как степень зависимости нашего поведения от объективных свойств предметной ситуации. Эти свойства обладают качеством, которое начинает определять индивидуальность человека. Суть данного качества в том, что «субъект осознает себя через отношение к определенным сторонам окружающей действительности, а последние приобретают благодаря этому особое личностное значение»'. Особое личностное значение проявляется в том, что эти свойства начинают регулировать отношения человека с другими, приобретают характер основания для взаимодействия с другими, становятся средством оценки других.

С зависимостью вашего поведения от объективных свойств предметного мира мы сталкиваемся буквально с первых шагов в этом мире. Для новорожденного, например, характерно полное слияние собственной активности с объектом: хватание возникает только тогда, когда предмет вложен в руку, мигание - когда свет попадает в глаза. Трехлетний малыш уже выбирает действие, ориентируясь на свойства вещей, выбирает интересное. Взрослый человек выбирает еще и нужное. Но, увы, это далеко не всегда подлинный выбор: вспомните, как притягивала вас к прилавку яркая, неожиданная вещь, как 'Дробницкий О.Г. Проблемы нравственности. - М., 1977.-С.68.

непроизвольно вы отмечали в толпе человека с необычной внешностью, как приобретали вещь потому, что она есть у всех. Перечень таких примеров можно продолжить - это характеризует зависимость проявления индивидуальности от свойств предметной ситуации. Уровень развития индивидуальности тем выше, чем меньше в поведении человека проявляется эта зависимость.

Какие же стороны действительности, какие особенности ситуации действия могут стать средством установления отношений с другими людьми, средствами понимания их, средством проявления своей индивидуальности?

Интересные данные приводятся в работах Н. И. Непомнящей, которые получены в ходе экспериментального исследования. Суть последнего состояла в следующем: дети младшего школьного возраста должны были придумать рассказы.

Первый раз по сюжетной картинке - очень распространенный в психологии метод, позволяющий выявить особенности личности, - сюжет был достаточно неопределенным и можно было придумывать «от себя». Второй раз тех же детей просили придумать рассказ по поводу картинок с изображением простых, всем известных предметов, которые он мог выбирать и комбинировать по своему усмотрению.

Оказалось, что по характеру ответов всех детей можно было очень четко разделить на группы и с большей вероятностью прогнозировать, предсказывать особенности их поведения. Дети выделяли в основном следующие сферы действительности: бытовую, учебную, общения и других человеческих отношений, сферу «необычного» (сказочное содержание ответов). Выделение той или иной сферы достаточно устойчиво и позволяет говорить о типах ответов. Причем процентное соотношение разных типов ответов меняется на протяжении младшего школьного возраста. Так, авторами выявлено, что количество детей, выделяющих преимущественно бытовую, привычную им сферу, составляли почти две трети первого класса, группу вдвое большую по сравнению с четвертым классом. А дети, ориентирующиеся в ответах на общение, на отношение людей, в первом классе составляют 14%, зато в четвертом классе - 50%.

Эти факты заслуживают внимания, так как показывают, как меняются средства проявления индивидуальности ребенка, как меняется материал, на котором развертывается способность понимать точку зрения других, выделять содержание отношений других людей к себе и свое отношение к ним. Данные экспериментальные факты перекликаются, например, с исследованиями взаимоотношений в группах детей разного возраста, где устанавливается изменение содержания отношений детей друг к другу и к другим. В.С.Мухина замечает, что трех- четырехлетние дети дают своим сверстникам оценки, которые повторяют оценки взрослых, но «постепенно оценки становятся более содержательными. Положительно оцениваются дети, которые знают много игр, делятся игрушками и так далее.

Оценка со стороны группы особенно важна для детей начиная с четырех-пятилетнего возраста. Они стараются воздерживаться от поступков, вызывающих неодобрение сверстников, заслужить их положительное отношение»'.

Степень детерминированности поведения человека внешними свойствами ситуации действия как условие проявления его индивидуальности отмечалась и в исследованиях по психологии мышления, где, в частности, было показано, что творческое нестандартное мышление возникает только в том случае, когда человек может выйти за пределы непосредственно заданной ситуации, проанализировать ее условия с другой точки зрения.

Индивидуальность проявляется в характеристике тех свойств предметов объективного мира, которые становятся средством установления отношений с другими. Эта характеристика индивидуальности широко применяется в литературе и искусстве, когда писатель рисует словесный портрет своего героя, а художник или скульптор - зрительный образ.

Вспомните хотя бы описание внешности Льва Толстого, данное Горьким: «У него удивительные руки, — некрасивые, узловатые от расширенных вен, и все-таки исполненные особой выразительности и творческой силы. Вероятно, такие руки были у Леонардо да Винчи. Такими руками можно сделать все. Иногда, разговаривая, он шевелит пальцами, постепенно сжимает их в кулак, потом вдруг раскроет его и одновременно произнесет хорошее, полновесное слово»2.

Способность взаимодействовать с другим человеком включает, по моему мнению, выделение человеком своего отношения к миру и людям. Свое неповторимое отношение к миру возникает только в условиях реального, практического взаимодействия с миром на основе усвоения системы отношений Других людей к самим себе, к вещам. Отношение как проявление индивидуальности наряду с предметным содержанием создает «внутреннюю модель» мира. Можно сказать, что чем в большей степени человек способен выделить свое отношение к миру, тем больше у него возможности состояться как личность, как индивидуальность, так как это условие оценки отношений других людей. Выделение этих отношений, а следовательно, выделение своего отношения способствует многозначности действия, преодолению шаблонов, в конечном счете - творчеству.

Тепло описывает момент зарождения этого явления Я.Корчак: «Почему с такой самозабвенной радостью гасит спичку.

волочит комнатные туфли отца, несет скамеечку бабушке?

Подражает? Нет, нечто значительно большее и ценнейшее.

- Я сам, - восклицает ребенок тысячи раз жестом, смехом.

мольбой, гневом, слезами»'. Ребенок уже проявляет отношение - свое отношение к людям, к миру предметов, к возможности взаимодействовать с ними. Это отношение состоит в умении оценивать свои возможности, анализировать конкретную ситуацию с учетом своих возможностей, в умении ставить цель и достигать ее.

В характере отношения человека к внешнему миру и себе проявляются особенности обобщения своей конкретно-практической деятельности. Что главное выделяет человек в этом опыте, какие свойства вещей - будет определять и дальнейшие действия человека. Обобщению подвергается все; обобщаются движения, эмоциональные состояния и так далее. Обобщения дают возможность во «внутренней модели» предвидеть свои действия и возможные свойства предметов.

Главным средством обобщения является язык, где каждое слово обобщает. В речи начинающего говорить малыша уже наблюдается обобщение как предвидение, хотя бы в самой простой форме. Малышу 2 года 2 месяца: «Сейчас мы будем спать, потом пойдем гулять, будем кушать и играть, и гулять, потом опять спать».

Дошкольник стремится к обобщению в своих бесчисленных «Почему?». В юношеском возрасте изобретение и разрушение универсальных законов становится любимым занятием.

Материал обобщения тесно связан в любом возрасте с особенностями ведущей деятельности - той формы активности ребенка, которая определяет его развитие. Это можно наблюдать, например, при анализе возрастных особенностей восприятия человека человеком: «Возрастные сдвиги в восприятии человека, - пишет И. С. Кон, - включают, таким образом, увеличение числа описательных категорий, рост гибкости и определенности в их использовании; повышение уровня избирательности, последовательности, сложности и системности этой информации, использование все более тонких оценок и связей; рост способности анализировать и объяснять поведение человека; появляется забота о точном изложении материала, желание сделать его убедительным. Те же тенденции характерны для самоописаний, которые у подростков и юношей имеют гораздо более личностный и психологический характер и одновременно сильнее подчеркивают отличия от остальных людей»'.

Материал, который ребенок может обобщить, научиться обобщать и сам способ обобщения (по существенным или случайным признакам), во многом определяется содержанием его взаимодействия со взрослым человеком.

Взрослый, предлагая вариант обобщения, создает возможность выбора. Они рядом, эти два слова: индивидуальность и выбор, заключающие в себе целый мир научных и житейских проблем. Попробуем перечислить хотя бы некоторые из них.

Вот житейские проблемы: малыш не может, как все, посещать детский сад, плачет целый день, болеет; молодая женщина испытывает страх перед интимной близостью с любимым человеком; мальчишка к двум годам научился читать и ему нечего делать на уроках чтения, но он совсем не может писать грамотно и каллиграфически; а этот молодой человек слышит только себя - с ним невозможно говорить, утомляет собеседника потоком разрушительных фраз, где «я» повторяется во всех возможных вариантах; а этот молчун - сказать слово для него задача с таким числом неизвестных, что он и сам не может их сосчитать, а она... Это все житейские проблемы, которые просят об одном - замечайте нас как проблемы человека, как проблемы, которые заставляют видеть другого не как подобие себя, а как непохожего ни на кого. Этой непохожестью мы и заявляем о своей единичности, о своей уникальности, наконец о факте своего существования.

А вот научные проблемы. Выписываю их из учебника по психологии, где говорится о том, что есть особая отрасль психологической науки - психология индивидуальных различий. Но! Наука изучает закономерности, значит, можно найти закономерное и в индивидуальном. Здесь и говорится о структуре индивидуальности, о типах индивидуальности, обсуждается понятие темперамента и характера, анализируются способности, которые делятся на общие и специальные. А вот другая наука - биология, она тоже изучает индивидуальные особенности жизни человеческого организма. Ее данные будут полезны в понимании здоровья как индивидуального свойства человека. Философия, этика, медицина, экология тоже анализируют индивидуальность человека, пытаясь найти закономерное в индивидуальном.

В бытовой жизни индивидуальность человека буквально заставляет считаться с собой, тогда как в научном исследовании индивидуальность подвергается анализу, и в ней скорее будут проступать черты закономерного, составляющего предмет научного анализа. Нужно ли это знание конкретному человеку, живущему бытовой жизнью, нужно ли ему знание о закономерном в его индивидуальной жизни? Хочу ответить на этот вопрос утвердительно, приведя для убедительности пример из своей работы практическим психологом. Пример грустный, но требующий понимания в свете заявленной для обсуждения проблемы: на мальчика жаловались все учителя на уроках витает в облаках, ничего не делает, на замечания не реагирует, уроки пропускает часто без всяких уважительных причин, кривляется - мимика какая-то ненормальная, дерганая. Думаю, что продолжать описание жалоб не надо, они почти с хрестоматийной точностью воспроизводят картину манифестации шизофрении в подростковом возрасте, достаточно еще раз взглянуть в учебник детской психиатрии, чтобы убедиться в этом. Но(!) болезни еще нет, еще только первая манифестация, первая заявка на ее возможное присутствие. Я психолог - могу зафиксировать грозные предвестники болезни с помощью специальных методик. Но(!) сразу же передо мной встает вопрос о том, кому и для чего может быть нужно знание о потенциальной болезни, полученное мной?

Кому? Как распорядятся этим знанием об индивидуальности мальчика люди, которые его окружают, как распорядится этим знанием он сам, переживающий далеко не лучший момент в своей жизни, - ему кажется, что все против него и его никто не любит?

Психологическая информация, полученная на основе научного знания о природе индивидуальности человека, о ее структуре, говоря научным языком, создает условия для прогноза возможного развития человека. Другими словами, как бы придает человеческой неопределенности - определенность, а мы с вами уже говорили, что у человека есть свойство оправдывать ожидания. Сказать о человеке, что он будет такимто и таким-то, значит в известном смысле определить его судьбу, повлиять на его возможные выборы, на его свободу быть самим собой... Научная проблема понимания структуры индивидуальности сливается с этической проблемой влияния одного человека на другого. Знаменитое «Не навреди!» становится главным критерием работы, достоверность научных данных подвергается не только проверке на истинность, но и на целесообразность использования этих данных, полученных безличным научным методом в индивидуальной судьбе человека. Но(!) надо принимать решение, профессиональное решение, и я говорю с учителями о праве каждого человека на ошибку, заблуждение, поиск своей истины, о необходимости прощения и понимания, о профессиональном долге и их личных чувствах, обходя конкретное содержание информации о мальчишке, которого мне искренне жаль, так как ему предстоит жизнь с собственной болезнью, ежедневная борьба за собственное Я. Я говорю с его мамой, вернее, она говорит со мною, надеясь на чудо, на случайность, хотя, оказывается, давно предполагает неладное - для того есть все основания.

Далее:

 

Последнее столетие.

Психическое воздействие..

Гипертермические ванны.

Физкультура, спорт и сердце.

Глава XII. Аллергодерматозы.

D-гиповитаминоз.

11. Союз.

 

Главная >  Публикации 


0.0047