Главная >  Публикации 

 

Глава пятая экспрессивная техника



Принцип реверса может быть применим не только к чувствам, но и к физической стороне отношений. Раскрытие определенной позы, глубокого дыхания вместо сдерживаемого входа или выхода, изменение моторных отношений левой и правой сторон может привести к развертке неожиданных переживаний. Вот пример:

Терапевт замечает, что при выражении текущих переживаний пациент часто прерывает то, что он говорит и чувствует, в эти моменты он сглатывает или фыркает. Терапевт предлагает ему делать противоположное фырканию и сглатыванию. Пациент начинает усиленно и продолжительно выдыхать через нос и рот, что приводит, по его словам, «к незнакомым и удивительным ощущениям... будто бы я рыдаю, но как-то через силу, мускулы напряжены, как при зевании; такое напряжение мне нравится, особенно при выдохе до самого конца, ощущение как будто от оргазма».

Позже он обнаружил, что такое чувство у него было давно, только он ничего не знал об этом: «Это как вспышка, как Желание взорваться изнутри, разодрать какую-то пленку, в которую я завернут, которая мешает мне. В одно и то же время я и в смирительной рубашке, и сам себя сжимаю».

Краткое переживание было исходной точкой спонтанного развития в течение месяцев. Мускульное напряжение и сопутствующие ощущения становились все осознаннее, его все больше тянуло к физическим упражнениям. Затем он обнаружил, что удовольствие можно получить и от танцев, свободно выражающих его экспрессию в движении и в общем отношении. В конце концов он стал ощущать мышечное раздражение, проходящее только после осознания его причин при реагировании на людей в степени, неизвестной ему ранее.

Еще одним ориентиром для инициализации действия или выражения, сокрытых в собственном понимании отсутствия «законченности», является то, что, по терминологии Гештальта, называется отсутствием закрытия. Невысказанные слова и неопределенные действия оставляют в нас след, связывая с прошлым. Значительная часть наших мечтаний и грез является попыткой жить в фантазии о том, что нам не удалось в реальности. Иногда, как мы увидим в дальнейшем, терапевт призывает пациента сделать фантазии более реальными, обыгрывая их; иногда он просто разбирается в его ощущении незавершенности и предлагает пациенту выполнить то, что было отложено или выполнение чего избегалось. Эта идея может быть применима в разных формах: закончить в фантазии незаконченную мечту, сказать родителям то, что не было высказано в детстве, распрощаться с разведенным супругом или с умершим родственником. В групповой терапии является обычным разбираться в конце сеанса или с незавершенными ситуациями межличностного группового общения. Чаще всего «незаконченность» создается сдерживанием выражения одобрения или негодования, такое выражение можно рекомендовать в качестве группового упражнения.

Завершенность Экспрессии

Мы всегда стараемся полностью выразить себя. Настоящий писатель так вырисовывает безымянный характер, что отсутствие чего-нибудь существенного можно принять как попытку его самовыражения. Бывают моменты, когда все мы становимся художниками, наделенными способностями видеть уникальность каждого человека в его с первого взгляда незначительных поступках. Подобно осознанна сти, самовыражение также варьируется по качеству у разных людей. Одним из того, чем занимается Гештальт—терапевт — он интенсифицирует самовыражение индивида. Это достигается, во-первых, распознанием моментов или элементов истинной экспрессии в поступке и их дальнейшим развитием.

Т. Что вы испытываете сейчас?

П. Ничего особенного.

Т. Вы повели плечами.

П. Наверное.

Т. Ну вот, опять (поводит плечами).

П. Может, это привычка.

Т. А ну-ка еще раз.

П. (Выполняет)

Т. А теперь преувеличьте этот жест.

П. (Поводит, гримасничает, локтями и руками делает жесты неприятия). Наверное, я хочу сказать: «Отстань». Ну да, именно это я и хочу сказать.

Во имя полной ясности, думаю, что нам стоит определить по крайней мере четыре типа процедур, ведущих к интенсификации действия:

1. Простое повторение.

2. Преувеличение и развитие.

3. Выявление или передача.

4. Идентификация и исполнение роли.

Поговорим о каждом из четырех по порядку.

А. Простое повторение

Целью данного метода является интенсификация осознанности индивидом данного действия или высказывания, это шаг за пределы обычного терапевтического отражения или рефлексии. Пример подергивания плечами может послужить иллюстрацией. Иногда вербальный повтор может иметь драматический эффект, когда индивид вдруг видит полностью то, что он преуменьшал, чему придавал значение, скрывал под маской.

П.: (Обращаясь к своей матери) Ничего больше не хочу от тебя.Хочу, чтобы ты больше не вмешивалась в нашу жизнь. Не приходи к нам. Я больше не твоя дочь. И никогда ею не была по правде. Ты никогда не понимала меня. Никогда. Я возмущена, и мне больно, потому что и сейчас ты меня не понимаешь. Ты не замечаешь меня. А как бы мне хотелось, чтобы ты увидела во мне человека!

Т. : Повторите это. П.: Мне бы хотелось, чтобы ты увидела во мне человека, мама. Заметила. Вот она — я, посмотри. Я хочу, чтобы смогла увидеть меня. Не отворачивайся. Не придумывай. Вот она — я.

Увидь меня такой, какая я есть, ни больше, ни меньше. Ты можешь? Т. : А она может? П. : Думаю, что может (расплакалась).

Когда результатом повтора становится не интенсификация значения, а, если оригинал высказывания противоположен самому пациенту, возрастание незначимости, и ведет к реакции, направленной против оригинала высказывания.

Прием повтора может быть адаптирован к групповым ситуациям с адресовкой повторяющегося высказывания или действия к разным членам группы. В приведенных ниже случаях имеется возможность для нескольких, вариантов упражнения.

1. Прямое повторение (например, говорить «Прощай» каждому).

2. Непосредственное повторение с уточнением в соответствии с тем, как высказывание применимо к индивиду в данном вопросе.

3. Повторение содержания, адаптация формы высказывания к каждому индивиду.

4. Повторение отношения с вариантами содержания (т.е. выражение гнева подходящим способом в зависимости от оппонента).

Как и с другими приемами, здесь нельзя ожидать чуда, нужно пользоваться возможностью правильного отношения. Терапевт должен видеть процедуру, оберегать индивида от сползания к механическому следованию процедуре, от наигранности и избегания. Если ему удается стимулировать осознание того, что пациент чувствует или делает, только тогда что-то получится.

Б. Преувеличение и Развитие

Преувеличение — это шаг за пределы простого повторения, часто оно происходит спонтанно, когда пациента просят повторять что-то снова и снова. Жестикуляция становится шире или более утонченной, высказывание громче или превращается в шепот, более интенсивно выражается то, что сначала неясно ощущалось.

Когда индивида просят преувеличить и он это проделывает много раз подряд, то он может раскрыть что-то новое в своем действии. Возможно, это и не совсем новое качество, но оно заложено в оригинал его поведения подобно невидимому зернышку, и только преувеличение может сделать его видимым.

В приведенной ниже иллюстрации (которую я воссоздал спустя несколько лет) Фритц Перле выступит в роли терапевта, а я — пациента:

Т. : У меня кое-что есть для вас. Вот. (Показывает чашку с песком.) П.: (Берет чашку.) Т. : Ешьте.

П. : Вы меня сбили с толку. Не знаю, вы что, и в самом деле хотите, чтобы я это ел, или здесь какой-то скрытый намек. Т. : Ешьте.

П.: (Берет двумя пальцами щепотку и кладет в рот.) Т. : Что вы испытываете?

П. : Чувствую песок во рту и на зубах, слышу скрежет песка, когда жую его. Чувствую, что во рту стало больше слюны и что очень хочется избавиться от песка. Начал выплевывать крупинки, но они еще на языке. Пытаюсь очистить язык пальцами, песчинки прилипли к пальцам. Тру пальцами друг о друга и продолжаю отплевываться. Т. : Преувеличьте это.

П. : Тру руки друг о друга, вытираю их о брюки, стряхиваю песок, стряхиваю, стряхиваю, стряхиваю! (широкими стряхивающими движениями рук) Ну конечно же — вот что я чувствую — я столько всего наглотался, того, что не имеет ко мне никакого отношения. Вот теперь-то я от тебя избавлюсь. Вон из меня! Большое вам спасибо за ваш песок!

Преувеличение представляет собой форму развития в действии, однако развитие не всегда влечет преувеличение. Иногда, если мы проходим через повтор действия или высказывания, эмфаза приведет к модификации действия таким образом, что одно движение будет вести к другому, одно чувство или мысль к совершенно другим. Инструкция «развейте это» является приглашением пациенту разработать тенденцию данного момента, жеста, позы, голоса или визуального образа. Таким образом, побуждение, лишь слегка проявленное в действии, может полностью раскрыть себя в последовательном повторении, которое иногда превратится в танец, мелодию, стихи.

П.: Никакого особого чувства я не испытываю. Не вижу смысла в бесконечном повторе своих физических ощущений... Т. Прошу вас, продолжайте говорить тем же тоном, только без слов. П. Да, да, да, да, да, да, да, да, да, да, да.

(с выражением безнадежности) Т. Преувеличьте голосом выражение. П. (Продолжает, на этот раз с уже очевидной грустью.) Т. Еще больше. Преувеличивайте и смотрите, что получается. П. (Голос превращается в мелодию, грустную и волшебную, с возрастающей силойюю.) Всю жизнь этого хотел! Петь! (умиленно) Вот он — я такой, разве словами я бы это выразил! Чудесно!

Не хочу прекращать! (Продолжает петь.)

В. Выявление или Передача

Название «выявление» я дал одному из самых оригинальных приемов Гештальт-терапии, которое обычно начинается с того, что терапевт говорит: «Озвучьте свои кивки», «Что бы сказали ваши слезы, если бы умели говорить?», «Что бы сказала ваша левая рука правой?», «Озвучьте свое одиночество». Здесь пациент принужден передать словами невербальную экспессию — жест, визуальный образ, физический симптом и т.д., т.е. его просят выявить содержание, которое оставалось скрытым.

Т. : Вы хотите что-нибудь сказать Марте?

П. : (Упавшим голосом.) А что я могу сказать? Ты мне нравишься, мне нравится то, что ты сказала вчера, но я немного боюсь тебя...

Т. : Говорите с ней на тарабарском языке.

П. : (Начинает говорить, все более воодушевляясь, наклоняясь вперед, улыбается, жестикулирует).

Т. : А теперь передайте это по-человечески.

П. : Марта, ты такая красивая. Мне хочется ласкать тебя, целовать, заботиться о тебе. Чувствую такую нежность к тебе. Ты — как прекрасный цветок, и мне всегда хочется быть рядом.

В процессе выявления пациент должен обязательно эм-фатировать себя или свое восприятие, которое он старается облечь в форму слов. Он должен, так сказать, испытывать событие изнутри, а не как сторонний наблюдатель; результат может быть неожиданным, если этот прием применить к восприятию кого-то или к образам мечтаний, они явятся экранами для нашего проецирования. В этих примерах по-ецируемый фантом может расти и становиться явным в своем фантастическом качестве; в свою очередь, истинное восприятие, затронутое поекцией, может полностью высветиться:

П.: И раньше я его ненавидела, и сейчас ненавижу. Он грязный старикашка. Он всегда старался погладить меня или поцеловать, а я так его боялась...

: Теперь пусть он говорит. Представьте, что бы он сказал, если бы у него была такая возможность, честно и откровенно, что он чувствовал.

П. : Он бы сказал: «Ты такая замечательная. Такая очаровательная малышка: такая здоровенькая, чистая! Это как припасть к холодной воде посреди пустыни. Мне так одиноко, меня будто отрезали от жизни, но все мое одиночество исчезает, когда я с тобой.»

Т. : Я что вы теперь испытываете к нему?

П. : Чувствую сострадание. Не стоило его бояться. В нем ничего страшного нет.

Процесс выявления ведет к желаемому окончанию интерпретации посредством совершенно иного подхода. Во-первых, это не терапевт говорит пациенту о предполагаемом «значении» действия, жеста, голоса; пациент сам вынужден передать себе что-то. Во-вторых, между «думать» о поведении или символе и эмфатировать его — большая разница.

Скрытым первым шагом в выявлении будет переживание чувственного содержания действия, которое выявляется. Следующим шагом является передача содержания посредством слов. Этот процесс подобен символизму в поэзии или в визуальных искусствах. Попытка нарисовать, например, является, кроме всего прочего, попыткой увидеть.

Процесс контакта с переживанием с последующим выражением его словами можно рассматривать как еще один случай преувеличения и развития экспрессивного действия. Разница в том, что в выявлении развитие не остается в рамках одного переживания (движение, голос, слова), но перетекает из одного переживания в другое. Когда информация (до сих пор скрытая) трансформируется из действий, звуков или образов в слова, этот процесс- (совершенно заслуживающий быть названным выявлением, поскольку обычно моторно-визуальная активность ближе к нашим автоматическим и бессознательным процессам, тогда как вербализация или понятность связывается со «вторичными процессами»), является частью нашей активности в бодрствовании. Процесс передачи не обязательно состоит в переходе от действий к словам для того, чтобы обслуживать общую цель преувеличения:

Что вы сейчас чувствуете?

Беспокойство. Меня беспокоит, что ничего важного не приходит в голову. А я знаю, что группа ждет.

Вижу, что вы притоптываете левой ногой.

(усиливает движение) Да.

А теперь заставьте все ваше тело делать то же, что делает нога.

(Постепенно увеличивает притоптывание, пока не начинает пританцовывать обеими ногами, похлопывая себя ладонями по бедрам, улыбаясь во весь рот).

Т. : Что нибудь произносите.

П. : А! А! А!! (сильные выдохи прерываются голосом, пока не превращаются в смех)

Т. : Теперь проделайте что-нибудь с тем же отношением.

П.: (берет кого-то за руку, тянет, распрямляет его). Проснись, дружок! (Идет вокруг, притоптывая, руками показывая, что надо встать). Проснитесь все! Давайте выбираться из этого запустения! (Отворяет дверь и кого—то выталкивает). Ну-ка, давай отсюда. Я вычищу этот дом и повыбрасываю весь хлам. (Тянет кого-то за руку). Встряхнитесь и радуйтесь, или выметайтесь отсюда!

Г. Идентификация и Исполнение Роли

Исполнение роли является важной частью Гештальт-терапии и во внешнем смысле, т.е. поступая согласно данной роли, и во внутреннем смысле, т.е. испытывая переживания другого, представляя себя в атрибутике другого человека или какой—то вещи.

Поскольку исполнение роли придает идее, чувству или образу моторное выражение, его можно считать еще одним случаем трансляции от одной экспессивной модальности к другой. В самом деле, это обратная сторона выявления: в выявлении мы вербализуем свои действия, в исполнении роли мы действиями реализуем мысль. Таким образом, исполнение роли можно понимать как еще один способ завершения или осуществления экспрессии. Частное поведение, которое мы называем «мышлением», может считаться несовершенным действием или действием символическим. Перевоплощением мы доводим действие до его полного выражения. То же самое можно сказать о предвкушении и воспоминаниях. То, что Гештальт-терапевт делает, когда просит пациента «сыграть» свои воспоминания или ожидания, эквивалентно тому, чтобы попросить его физически выполнить действие, которое им выполняется, иногда довольно часто, в воображении. «Играя», пациент может обнаружить, что он привязан к такому-то воспоминанию или фантазии вследствие их «незавершенности» — из-за необходимости предпринять действие, хронически избегаемого или подменяемого воображаемо.

Кроме принципа завершенности существует и другой принцип, в котором «игра» выражает отношение Гештальт-терапии. С внутренней точки зрения «игра» влечет за собой процесс идентификации, соотношения себя с тем, кого мы «играем», с признанием «его» переживаний своими собственными. Инструкции «будь им», «стань своей рукой», «превратись в свой голос» и т.д. — это шаг за пределы преувеличения, требуемого выявлением. Между «придай голос плачущему в тебе ребенку» и «превратись в плаксу» существует разница в степени идентификации. Задача затрудняется, когда пациенту приходится идентифицировать себя со своими неприятными сторонами, которые он старается подавить или изжить. С другой стороны, если он способен идентифицировать себя со всем своим хорошим или плохим, то он берет на себя ответственность.

Идентификация и игра не только сокращают дистанцию между «Я» и его процессами, они же способствуют развитию осознанности. Став кем-то или чем-то, мы можем больше понять, чем просто рассуждая об этом. Игра способствует холистичному пониманию, являющемуся больше функцией интуиции, чем чем—то другим. Для Гештальта, однако, использование игры представляется как предписание «Будь тем, что ты есть» в различных вариантах. Сцены и характеры — это не ритуальные божки или творения классика, это аспекты наших собственных жизней,которые мы склонны трактовать как случайные или тривиальные, иногда бессмысленные: любимые обороты речи, жесты, фантазии.

Основное применение игры или исполнения роли в Гештальт-терапии в обыгрывании грез, в проигрывании предвкушений будущего (которые стоят за большинством конфликтов реальной жизни), представлений прошлого, в обыгрывании различных конфликтующих черт личности. О подходе Гештальт-терапии к воображению, к прошлому и будущему я еще расскажу в этой книге, здесь же остановлюсь на обыгрывании черт личности.

Наиболее драматичными моментами в сеансах Геш-тальт-терапии являются те, где пациент берется за различные роли, составляющие неинтегрированные аспекты или конфликтующие подсущности его личности: хорошего мальчика и злючки, задиры и филантропа, доброго человека и эгоиста, мужественного и женственного, активного и пассивного, назидательного и ребячливого, победителя и побежденного и др. Думаю, что искусство терапевта заключается в его способности указать на ключевую для пациента роль — это вопрос, требующий, как и все в Гештальт-терапии, особого ощущения момента. Вывод или знание, что практически каждый хочет чувствовать особое, вовсе не достаточны, чтобы сказать кому-то «будь особым» или «действуй особо». Чтобы такое исполнение роли стало успешным, пациент должен войти в контакт со своей психикой постепенно, чтобы игра в «особого» увенчивала органичное развитие за время сеанса.

Ниже даются некоторые ключи, которые могут помочь терапевту развить необходимое отношение при обыгрывании. 1. Психологические симптомы: волнение, вина, стыд. В большинстве случаев волнение включает в себя либо: А. Воображаемое осуждение или реакция другого (подобны волнению перед выходом на сцену), которые затем могут быть отобраны в качестве субъекта обыгрывания и, возможно, узнаны как собственное отношение к себе; либо:

Б. Катастрофические фантазии о будущем, которые можно обыграть в том же духе: неудача, позор, смерть и т.д. В вине обычно присутствует самообвинение или проецирование самообвинения, которые также могут быть драматизированы игрой в виновного в полной мере, а затем игрой в обвинителя. В обоих случаях других членов группы можно использовать при драматизации как статистов в роли судей или подсудимых.

В случае стыда или смущения возникает скрытое чувство, что тебя выставляют на виду у всех. Применяемое здесь отношение заключается в обыгрывании ролей наблюдателя или свидетеля.

2. Конфликты. Даже микроконфликты, как, например, улыбаться или нет, смотреть на терапевта или в сторону и т.д., часто являются экспрессией гораздо более широкого душевного надлома, чем кажется при внимательном рассмотрении. Путем выявления или преувеличения обеих альтернатив в каком-либо конфликте пациент подходит к двум важным аспектам своего психологического функционирования.

Далее:

 

Очищение организма.

110. Дыня обыкновенная.

Курение и алкоголь.

Свидетельство Франсис.

Профилактика остеопороза.

§ 19. Действие динамических и статических глазных упражнений.

Глава IV Деятельность и сознание.

 

Главная >  Публикации 


0.0013