Главная >  Публикации 

 

В русско-турецкую войну 1877-1878 Гг.



Известный в свое время врач П. И. Боков (1835— 1915) также является учеником С. П. Боткина. В конце 50-х годов прошлого века он работал в больнице Кре-стовоздвиженской общины сестер милосердия (ныне Ленинградская бассейновая клиническая больница им. Ю. Т. Чудновского). Сергей Петрович Боткин считал П. И. Бокова одним из самых даровитых своих учеников, относился к нему, как к приятелю»1, — свидетельствовал его биограф. П. И. Боков был тесно связан с революционным движением 60-х годов XIX века. Он был в дружеских отношениях с великим демократом

1 Вит мер В. Святой человек. — Исторический вестник, 1915, т. 36, кн. 12, с. 821,

Н. Г. Чернышевским и явился прототипом образа Ло-пухова в романе «Что делать?».

Трудно перечислить всех клиницистов, которые сами считали себя учениками С. П. Боткина. Если не быть слишком строгим, то можно сказать, что под его влиянием были все медики России. Они в той или иной мере учились у него, следовали ему, развивали его идеи.

Среди советских ученых, которые приложили немало усилий для развития идей С. П. Боткина в медицине, особое место занимают В. П. Образцов, Н. Д. Стра-жеско, С. С. З'имницкий, Ф. Г. Яновский, М. П. Конча-ловский, Г. Ф. Ланг, А. Л. Мясников, Н. А. Куршаков.

Обращает на себя внимание большое разнообразие индивидуальностей среди тех, кого мы имеем право именовать последователями С. П. Боткина. При всем их различии для них характерно одно общее —верность тем принципам, которые обосновывал их учитель, творческое их применение в самых различных медицинских дисциплинах.

В русско-турецкую войну 1877-1878 Гг.

Особенность военной медицины состоит в особенности быта солдат'.

С. П. Боткин принял участие в русско-турецкой войне 1877—1878 гг. как лейб-медик при царской ставке. 12 апреля 1878 г. он написал из Кишинева свое первое письмо жене. Всего за время войны он отправил 55 писем. Все они носят личный характер, но среди впечатлений, записей о том, как прошел день, новостей, имеется много замечаний, мыслей, имеющих важное значение и касающихся военных и военно-медицинских вопросов. В ряде случаев его высказывания идут от всего сердца: «Я пережил тяжелые дни вследствие глубокого горя — горя моей Родины»,—писал он после трагических неудач русских войск под Плевной.

Письма С. П. Боткина публиковались в 1892 г. в «Вестнике Европы», а затем были изданы отдельной книгой под названием «Письма из Болгарии 1877 г.» (СПб., 1893) 2.

Письма характеризуют С. П. Боткина как вдумчивого врача, отметившего многие подробности обстановки на фронтах, ясно сознающего и критически относящегося к тому, что его окружает. Ему ясны задачи и цели медицинской помощи раненым, но ему видны и недостатки организации ее. Эта книга представляет собой не только разрозненные впечатления, но и своеобразную летопись войны, написанную человеком, который видел и знал больше, чем многие другие. Это документ огромного психологического содержания —свидетельство его переживаний.

С. П. Боткин хорошо понимал важность для страны событий, в которых он участвовал. Так, 14 апреля он записал: «Сейчас из дворца. Можешь себе вообразить— вчера московская дума поднесла Красному Кресту миллион, а сегодня московское купеческое общество— другой миллион. Какое время! Так делается исто-

1 Протоколы Медико-хирургической академии. — СПб., 1864, с. 13.

2 Оригиналы всех 55 писем из Болгарии хранятся в Институте организации здравоохранения и социальной гигиены им. Н. А. Семашко. Они подарены институту внуком С. П. Боткина — доктором С. П. Чеховым.

Сергей Петрович Боткин. 1878 г.

рия народов, так крепнет мозг; в теперешнюю минуту народ развивается скачками».

Многие факты, которые он наблюдал, угнетали его, но он верил в победу русского народа. 1 сентября 1877 г. он писал: «В конце концов утешительно одно — невежество и бездарность сотрутся. Осязательно почувствуется значение знания, ума и таланта. Россия не погибнет..., но другие деятели, другие люди будут ее спасать». "•

С. П. Боткин хорошо понимал необычайно трудные условия войны и давал этому свою оценку: «Тяжелая война,—'писал он. — Надо воочию видеть здешние условия, чтобы снять с почтением шляпу перед солдатом и перед этим юным народом, привыкшим к известным удобствам жизни» (13 августа). Он был преисполнен самого высокого уважения и восхищения русскими солдатами. Его симпатии были целиком на их стороне: «Не могу передать до какой степени мне симпатичны наши раненые: сколько твердости, покорности, сколько кроткости, терпения видно в этих героях и как тепло и дружно относятся они друг к другу; как утешаются в своем несчастье тем, что вытеснили или 'прогнали врага!» (19 июля). «Надо знать наших солдат, этих добродушных людей, идущих под пулевым градом на приступ с такою же покорностью, как изученье,—чтобы еще более сжималось сердце при мысли, что не одна тысяча этих хороших людей легла безропотно, с полной верой в святое дело, за которое они так охотно, с такой готовностью отдают свою жизнь» (22 июня).

С. П. Боткин уделял много внимания организации помощи больным и раненым. «Сегодня, — писал он жене— я опять работал в госпитале и хорошо понимаю, что эта ра'бота «е бесплодная: ведь я не обхожу госпиталь как генерал от медицины, а обхожу как опытный врач, предлагающий свои услуги товарищам в случаях, где они затрудняются; при этом я уверен, что некоторые из молодых врачей и профитируют» (б июля). Он посещал и осматривал больных и раненых, советовал как надо вести их лечение, указывал как нужно, хотя и в неблагоприятных условиях делать научные наблюдения. Огромный авторитет С. П. Боткина и его чин лейб-медика приводили к тому, что его замечания и указания немедленно проводились в жизнь.

Первое впечатление С. П. Боткина от госпиталей было очень благоприятным: «В два часа мы отправились по госпиталям; я осмотрел три п очень подробно, вынес самое утешительное впечатление: дело ведется добросовестно и толково; особенно честно относится к делу молодежь, а старшие и старые служаки с почтением относятся к этой деловитости» (12 апреля).

Многочисленные его замечания, касающиеся роли врача-терапевта на войне, мысли о том, как лучше организовать дело, какие задачи должны быть поставлены в первую очередь, показывают, что он непрерывно обдумывал эти нерешенные наболевшие вопросы. В конечном итоге эти мысли были обобщены и взяты им за основу военно-нолевой терапии—дисциплины, одним из основоположников которой он является.

С. П. Боткина занимали три вопроса военно-полевой терапии: организация лечебной помощи больным и раненым, характер заболеваний, встречающихся на войне, и уровень подготовки госпитальных врачей.

Плохая организация эвакуации раненых вызывала резкие его замечания. Он отмечал бездарное руководство во время военных действий и большие злоупотребления интендантов. Значение организации медицинской помощи он расценивал так же высоко, как и Н. И. Пирогов. Он разделял его мнение о «первенствующей роли администрации» в деле помощи раненым.

Тяжело переживал С. П. Боткин недостатки, связанные с эвакуацией раненых. Не хватало транспорта. В действующей ар'мии было всего 300 повозок. Его тревожила непродуманность, нередко ненужность и даже вредность эвакуации раненых. «В прошлую крымскую войну безобразия до такого размера не доходили,'—я, по крайней мере, этого не помню» (29 сентября). «Но что значит здесь вся эта тонкость медицинской отделки в виду того, что больные скверно или вовсе не помещены, не прикрыты, не накормлены, здесь не столько нужен доктор, сколько хороший хозяин; я это вполне понимаю, но влиять на хозяйство существенно я решительно не могу... Мне остается одно: «е скрывать истины перед Государем, что я, конечно, и делаю, наталкиваясь в этом случае на противоречия с другой стороны» (4 октября).

Плохо было организовано и питание солдат. «Еды мало, но и это малое расходуется без порядка; больные с ранами на руках, со здоровыми руками пробираются к кухне и выхлопатывают себе еду... Прокормление госпиталя идет от знаменитого «товарищества», которое морило голодом наши войска, и теперь ему предоставлено морить наших больных и раненых. Странное явление—люди молят о хлебе в стране, которая утопает в хлебе» (3 сентября).

Он видел большие недостатки и в смысле укомплектованности госпиталей. Так, например, в госпиталь, рассчитанный на 600 человек, в течение двух дней поступило более 5000 человек. Санитарная работа находилась в плачевном состоянии.

О своей работе С. П. Боткин писал жене: «В настоящее время положение врача лейб-медика >—тяжелая и тяжкая ноша» (1 июня). Он с горечью понимал, что ему не удается сделать что-либо мало-мальски существенное в наведении порядка в организации работы в целом. Его попытки в этом направлении встречали явное или скрытое упорное сопротивление со стороны бездарного и невежественного высшего командования. В письмах к жене он признавался, что не знает как исправить те возмутительные дела, свидетелем которых он был.

Впечатления С. П. Боткина о состоянии помощи раненым совпадают с впечатлениями Е. Утина в его книге «Письма из Болгарии 1877 г.» (СПб., 1879), где рисуется примерно такая же картина обслуживания раненых.

О том, как оценивал С. П. Боткин военную администрацию, можно судить по одной его реплике: «Если бы удалось окончить войну без зимовки армии, то это было бы величайшее счастье для России; сколько спаслось от нашей администрации, которая более губитель-па для армии, чем турецкие пули» (8 октября).

В письмах С. П. Боткина довольно часто встречаются замечания о работе врачей и профессоров, приехавших на фронт. Он упоминает многих медиков, известных ему по Петербургу, по Медико-хирургической академии. Вот, например, одна из записей: «Склифосов-ский занимается накладыванием сплошь и рядом гипсовых повязок, вполне уверенный, что все накормлены. Впрочем, надо отдать ему и его помощнику полную справедливость: в течение нескольких дней, от 27 августа по 3 сентября включительно, они отпустили в Систово около 6 тысяч раненых, а осталось их еще 2500 человек. Возмутительно и бессовестно со стороны администрации наваливать такую работу на личный и материальный состав одного госпиталя» (3 сентября). «Письма из Болгарии 1877 г.» — своеобразная энциклопедия военнонполевой терапии. Тонкие и своевременные замечания С. П. Боткина, касающиеся хода заболеваний, показывают огромные знания автора, его заботу о раненых, умение из незначительных фактов делать важные выводы. Здесь встречается множество суждений по самым различным вопросам, связанным с лечением больных и раненых. Письма не отражают, конечно, всей деятельности С. П. Боткина на войне, всех его взглядов на задачи военной терапии. Но тем не.менее они являются важным, своеобразным документом, дающим представление о мыслях великого клинициста, о его заботах, об оценке им людей.

Среди многих горьких замечаний, сетований на невозможность улучшить дело в целом, лишь однажды в письме к жене у С. П. Боткина вырвались слова, в которых он дает оценку своей роли: «...не боясь упреков в самохвальстве, я все-таки имею отрадное сознание, что принес свою лепту для того хорошего нравственного уровня, на котором стояли наши врачи в течение этой кампании... Смотря на труды нашей молодежи, на их самопожертвование, на их честное отношение к делу, я не раз сказал себе, что недаром, не бесплодно терял я свои нравственные силы в различных испытаниях, которые устраивала мне моя судьба. Врачи-практики, стоящие па виду у общества, влияют на него не столько своими проповедями, сколько своей жизнью» (19 октября).

По официальным данным (Военно-медицинский отчет за войну с Турцией в 1877—1878 гг., Дунайская армия.—СПб., 1886, ч. 2), убыль больных в Дунайской армии с начала мобилизации и до начала обратного движения войск на родину за 28 мес составляла 875 542 человека.

Особенно важны и ценны наблюдения и выводы С. П. Боткина, касающиеся борьбы с эпидемическими заболеваниями и лечения инфекционных больных, а также вопросов противоэпидемической борьбы в целом.

Многие ученики С. П. Боткина были участниками русско-турецкой войны. На театре военных действий работали Н. В. Склифосовский, Е. И. Богдановский, А. П. Доброславин, В. А. Ратимов и др.

Ю. Т. Чудновский и В. А. Манассеин — профессора Медико-хирургической академии — принимали участие в создании «Инструкции для сохранения здоровья воинских чинов действующей армии», утвержденной 2 декабря 1876 г. Эта инструкция была нацелена на борьбу с инфекционными заболеваниями.

С. П. Боткин сумел подметить особенности течения ряда заболеваний внутренних органов в условиях войны, подчеркивал значение состояния нервной системы в возникновении и развитии заболеваний, установил, что во время войны закономерно учащаются случаи определенных групп заболеваний — катары желудка и кишок, скорбут, пневмония, малярия, дизентерия, сыпной и брюшной тифы, инфекционная желтуха '.

Имеются основания считать, что из группы заболеваний, объединенных под названием «малярия», он описал, по-видимому, лептоспироз или водную лихорадку. Он обратил внимание на особо тяжелое течение малярии в военное время, указал на важность раннего применения хинина в лечении перемежающейся лихорадки и ввел в своем районе нахождения войск хинизацию как профилактическое мероприятие против малярии.

В своих письмах С. П. Боткин неоднократно затрагивал вопросы патогенеза озноблений и отморожения. Для него было ясно, что речь идет отнюдь не об одном воздействии низкой внешней температуры, а о совокупности

1 Подробные данные о заболеваемости приведены в монографии Л. С. Георгиевского и 3. В. Мицова. Медицинская общественность и военная медицина в освободительной войне на Балканах в 1877— 1878 гг. — М.: Медицина, 1978.

ряда факторов «Пришел Ковалевский, я ему предложил сходить пешком в госпиталь, куда и отправились прощаться и посмотреть так называемых отмороженных. Только что прошли мы палату, как видим толпу врачей, и я узнаю старика Пирогова. Поцеловались мы с ним и тотчас же занялись пальцами; он согласен, что это эффект не одного холода, которого и не было еще в достаточной степени, чтобы объяснить происхождение этих заболеваний им; главная причина лежит все-таки в лихорадке. Старик держал себя умно, скромно и не без такта; мне показалось, что он за это время сильно постарел; впрочем, может быть, и устал» (13 октября).

В работах Н. И. Пирогова о военно-полевой хирурги!! имя Боткина встречается неоднократно. В частности, он отметил предпринятые им новые приемы лечения больных тифом.

Участие в войне позволило С. П. Боткину приобрести большой и очень ценный опыт, который он в дальнейшем применял в практической деятельности. Преподавая в Медико-хирургической академии, он обращал особое внимание на сочетание клиники и военного дела. Обдумывая программу подготовки военных врачей, С. П. Боткин предостерегал против ее упрощения, против излишне практического подхода. Он считал, что врач должен быть натуралистом, что без хорошего знания естественных наук невозможна разумная гигиена солдат. Его наблюдения, сделанные во время Крымской войны, пополнились впечатлениями и выводами к которым он пришел во время русско-турецкой войны. Опыт двух войн помог С. П. Боткину выдвинуть ряд положений, направленных на подготовку будущих военных врачей и на развитие военной терапии, которая с его помощью выросла в своеобразную и важную отрасль медицинских знаний.

В докладе 1864 г. в Медико-хирургической академии «О приспособлении академического преподавания к потребностям военного быта» он предложил программу подготовки военных врачей, определил объем и задачи этой подготовки, наметил требования, которые должны были быть положены в основу деятельности каждого военного врача независимо от его специальности. В этом выступлении С. П. Боткин выдвинул следующие положения:

1. Особенность военной медицины состоит в улучшении быта солдат.

2. Изучение быта солдат должно быть главнейшей основой деятельности военного врача.

5—1099

3. Предупредить развитие болезней, уменьшить число заболевших важнее, чем вылечить захворавшего.

4. Для добросовестного выполнения задачи военному врачу необходимо самое основательное знание медицинских наук.

5. В клинике нужно изучать те формы болезни, которые преобладают в войсках '.

«Обладая большим личным опытом военного терапевта,— писал проф. Н. С. Молчанов,—...приобретенным в период двух войн, С. П. Боткин стал одним из основоположников военно-полевой терапии»2.

Эту точку зрения разделяет и Е. В. Гембицкий: «Личный опыт работы С. П. Боткина в войну 1877—1878 гг., ценные наблюдения, сделанные им в этот период, оставили глубокий след в русской военной медицине и в дальнейшем послужили основой для доктрины военно-полевой терапии уже в советский период...» 2.

Многие идеи С. П. Боткина вошли в единую военно-медицинскую доктрину, которая была выработана советскими терапевтами под руководством Е. И. Смирнова и которая была взята на вооружение при оказании помощи раненым и больным во время Великой Отечественной войны. Главный терапевт Советской Армии во время Великой Отечественной войны генерал-майор медицинской службы проф. М. С. Вовси так заканчивает свою статью о С. П. Боткине: «Советские врачи, военные и гражданские, в частности, терапевты, работающие в настоящее время в наших госпиталях, многое могут почерпнуть, многому могут научиться на примере жизни и деятельности своего славного предшественника С. П. Боткина, ученого-клинициста, практика, исследователя-теоретика, организатора здравоохранения, крупнейшего госпитального терапевта в дореволюционной России»4. Эти слова он писал в самый разгар войны. Проф. М. С. Вовси был прав — истоками советской военно-санитарной доктрины, успешно применяемой в период Великой Отечественной войны, являются идеи и практическая деятельность С. П. Боткина.

Общественная деятельность

1 Протокол конференции СПб., 1864, с. 13.

2 Молчанов Н. С. с. 20—23.

3 Гембицкий Е. В. С. П. Боткин и развитие военно-полевой терапии. — М., 1980, с. 14.

4 В о в с и М. С. С. П. Боткин как терапевт госпиталей русской армии. — Госпитальное дело, 1944, № 4—5, с. 3.

Медико-хирургической академии. •— Военно-полевая терапия. — Л., 1961,

Он долго останется незаменимым для нашего врачебного сословия, потому что руководители с таким цельным сочетанием всех нужных для учителя дарований крайне редки и лучами своего гения освещают человечество на большие пространства времени'.

Выдающаяся клиническая, научная и педагогическая деятельность С. П. Боткина на протяжении всей его жизни была тесно связана с практической работой в области здравоохранения. Эта близость к потребностям жизни оказывала влияние на его научно-исследовательскую деятельность, подсказывала ему необходимость разработки той или иной темы.

Внимание к насущным вопросам здравоохранения, глубокое знание потребностей практических врачей привели к тому, что выступление С. П. Боткина в Обществе русских врачей, на съездах, перед больничными врачами давали ответ на вопросы жизни.

В тяжелых условиях царского строя С. П. Боткин делал многое для решения очередных задач. В ряде случаев он сначала на своем опыте, в своей клинике добивался какого-либо нововведения и лишь потом, уже опираясь на свой опыт, выступал в печати или в Обществе русских врачей. Вопросы общественного здоровья интересовали С. П. Боткина на протяжении всей жизни. Взявшись за одно какое-либо звено цепи, он делал важные выводы, стремясь расширить как изучение самого вопроса, так и улучшение дела в целом.

Для С. П. Боткина — общественного деятеля характерен широкий подход к охране здоровья народа, учет социальных причин болезней, отказ от филантропических иллюзий, активное участие в жизни.

Незабываемы его заслуги, направленные на улучшение санитарного состояния Петербурга, оказание медицинской помощи трудовому люду, необеспеченным слоям населения.

Далее:

 

Глава 3 гипоталамо-гипофизарные заболевания.

Глава 8. Визуализация саркоидоза.

Глава 9. Транспортная травма.

Упражнение: «возвращаемся в постель»..

Как я обнаружил, где находится золотой фонд человечества.

Артыш - монгольская трава.

Как, к примеру, нужно тушить овощи?.

 

Главная >  Публикации 


0.001